По осколкам твоего сердца

У меня даже появился поддержанный спортбайк – простая серийная модель с мощным двигателем, которую мне помогли модифицировать.

На нем я участвовала в нескольких одноэтапных любительских соревнованиях, в которых побеждала, хотя была единственной девушкой среди парней. Однажды мне пришлось участвовать в любительских соревах на трассе, мокрой после дождя. Финишировать удалось не всем, а я смогла. Стала второй.

Это окрылило меня, но… Меня мягко «устранили». Я не нравилась местному председателю комиссии шоссейно-кольцевых гонок – он продвигал чью-то дочь, а я и мои скромные успехи мешали этому самому продвижению.

Девушек в мотоспорте немного, а на моем фоне эта девочка терялась. Меня перестали брать куда-либо под разными предлогами, и я забила на это. Перегорела.

Уже потом знающие люди мне объяснили, что в спорте это частое дело. Не все талантливые люди попадают на соревнования. Да и вообще, чтобы идти вперед в этом спорте, нужна поддержка спонсоров, чтобы покупать очень дорогие модели супербайков.

Пока ту самую чью-то дочь продвигали, сунув на старт Кубка России по шоссейно-кольцевым гонкам, мне предложили участвовать совсем в других гонках. Нелегальных.

Когда живешь в мире хороших мальчиков и хороших девочек, многое не знаешь. Например, о подпольных соревнованиях – начиная от боев без правила, заканчивая гонками. В каждом большом городе на этом делают огромные деньги. Тем, кто занимается этим бизнесом, всегда нужна новая кровь. Они находят тех, кто так или иначе хорош в каком-либо деле.

И предлагают сделки.

Мне тоже предложили.

Когда-то я ругала Диму за то, что он согласился на это. И… согласилась сама. В тот момент мне нужны были деньги – заболела бабушка, и ей нужна была операция на сердце. К тому же мы умудрились затопить соседей, которые сделали ремонт. И я согласилась. Единственным моим условием стало то, что я не участвовала в ночных забегах по городу. Это было небезопасно. Только закрытые от чужих трассы.

Это был азарт, драйв и легкие деньги. А еще – слава в узких кругах.

Они не знали моего настоящего имени. Только прозвище. Рысь. И считали крутой.

Сначала мне нравилось это, поднимало самооценку, потом стало просто забавлять. А затем я стала к этому равнодушной."

"В родном городе в гонках я почти не участвовала. Все крупные ставки делались в родном городе моего Димы. В том самом, из которого я сбежала. Этот город будто не отпускал меня – как и сам Дима. Меня тянуло туда. И несколько раз в году я возвращалась.