Преступивший

Чувствовал ответственность за то, чтобы с постояльцами на его территории ничего плохого не происходило. К тому же успел неплохо сдружиться с сёстрами.

Пьяно понаблюдав за происходящим на соседней кровати, решил, что давний проверенный товарищ не обидит молодую гостью. И начал громко и радостно болтать с Машей.

Ему хотелось балагурить. Весело, остроумно. Так ему казалось.  Занудный хмельной трёп обо всём и ни о чём. Как игриво пустословили каждый вечер. Уместен ли он был в ночной час?

Сергей периодически замирал, старательно сосредотачивался.

На нетрезвый ум всё воспринималось очень дружелюбным.

Двое пристально, не отводя глаз, смотрели друг на друга.

Георгий – наглым, изучающим прищуром. Как перед нападением.

Юля – мертвенно-бледная. С застывшим взглядом загнанного зверька.

Похолодевшими пальцами судорожно вцепилась в одеяло, как щитом, закрываясь до самого подбородка.

– Боишься… Опять боишься, – вполголоса, убеждённо обронил мужчина.

Очень тихо, почти выдохнул. Так, чтобы не услышала пара за его спиной.

– Боюсь… – эхом так же тихо согласилась девушка.

Несколько секунд он молча наблюдал за ужасом, плещущимся в её глазах и белыми, плотно сжатыми губами.

Не разрывая зрительного контакта внезапно низко склонился над каменным лицом Юлии и хрипло приказал:

– Успокойся!

Она зацепилась за взгляд, судорожно втянула воздух и неожиданно, до появления необычного будоражащего озноба в затылке, провалилась, как в преисподнюю, в бездонные расширившиеся зрачки Георга.

Они были бархатисто-чёрными, затягивающими, поглощающими свет. Без отражения, без блеска. Вокруг гипнотически растворились пространство и время. Охвативший ужас тоже неуловимо исчез.

В голове Юли стало пусто, звонко и бесстрастно. Оторваться от захватившего демонического взора не хватало сил.

В жарком помещении внезапно замёрзли руки и ступни, сбилось дыхание, нарушалась логичность мыслей.

Остатками тормозящего рассудка осознала странность происходящего. Сконцентрировалась. Стряхнула наваждение, кое-как отвела взгляд и сфокусировалась на шее и груди неприятеля. Избегая встречи с его непостижимыми глазами.

Парадоксально, но она и правда успокоилась. Перестало трясти.

Сердце выровнялось, кровь тепло вернулась в лицо. Обрывки всполошённых мыслей перестали хаотично роиться и соединились в последовательную цепочку.