Цветок сиреневой луны

И ведь не зря! Через пару минут из леса выскочил черный «порш-кайен», до боли, блин, знакомый.

– Твою же ж мать! – Я побежала к дому. – Ну какая же тварь такая умная выискалась?! Какая сука сдала?!

В этот момент на пороге появился привлеченный моими криками Афри. Его же я на всей скорости и «внесла» в дом.

– О-ох! – Он грохнулся на спину, а я сверху.

– Что случилось?! – Но мне было некогда.

– Быстро убирай ноги с порога! – проорала и захлопнула двери, закрыла на засовы.

Подбежала к окнам и задернула занавески.

Заметалась по комнате, ругаясь. Удивленный Афри сидел пораженный цветистыми оборотами речи.

– Да что случилось-то? – не выдержал дроу потока моего красноречия.

– Явилось то самое животное, которое разозлило меня в прошлый раз, так что готовься: сейчас, может, и домой полетишь.

Афри в недоумении уставился на меня. И в этот момент в дверь, можно сказать, постучали. Бедная старушка застонала так, как будто ее атаковал носорог.

– Леночка, выходи, я знаю, что ты там, – раздался почти спокойный голос Олежека.

Если бы не стук, то можно было бы подумать, что за дверью вполне вменяемый человек. А так я знала, кто там, и молчала. Стук повторился.

– Ленусик, любимая, ну открой мне, пожалуйста. Я так соскучился по тебе. – Во, уже уговоры пошли! – Котенок, я не могу без тебя. Открой, у меня уже просто башню рвет, я хочу тебя до безумия. Родная, ну хватит мучить меня. Если я накосячил, то скажи, я исправлюсь, но хватит уже меня с ума сводить.

Афри, все еще сидевший на полу, поднял на меня удивленные глаза.

Обреченно пожала плечами и кивнула в сторону рисунка.

– Ленка, ну, пожалуйста, чувствую себя как мальчишка! Любимая, не могу больше, хочу тебя и только тебя, – заливался соловьем мой бывший.

– Ты повторяешься! – не выдержала я.

Олежек сразу воспрянул, прям замурлыкал. Искуситель тоже мне!

– Родная, конечно, повторяюсь. Ты же меня приворожила к себе так, что на других баб и смотреть не могу…

– О, опять начинается! Если приворожила – сходи отворожись.

Вон на каждом углу объявления висят. Везде там потомственные колдуньи принимают. От меня только отвянь.

– Да не хочу я никакой отворот! – начал орать Олег. – Я тебя хочу. Тебя в нашей постели. Сегодня. Сейчас.

– Нашей?! Чего-то я не припомню у нас такого совместного имущества.

– Ленка, я тебя сегодня все равно заберу! – раздался удар в дверь. – Тебе теперь бежать некуда.

И опять град ударов обрушился на дверь.