Кочевники. Космический эпос

Мэнэр вышел на середину зала и проговорил, громко и отчетливо, чтобы все слышали:

– Править ханством должен – я!

Улзий тут же оказался возле брата. Схватил того за грудки.

– Ты – мерзкое отродье, – вскричал он, – Сын беспутной женщины. Ты не достоин править. Если кто и должен стать Великим ханом, так это я!

Мэнэр освободился и ударил брата. Улзий пошатнулся и чуть не упал, удержался. Выругался и накинулся на соперника. Кайрат облегченно вздохнул. Кровопролития не будет. Хвала Чингисхану, за его указ запрещающий посещать Курултай с оружием.

Ягычи невольно взглянул на хана Улукбека. Правитель гневался. Старик явно не успевал уже быстро реагировать. В другое время он уже давно скомандовал, и воины растащили бы дерущихся. Сейчас хан медлил. Смотрел, как катаются по полу Улзий и Мэнэр.

Неожиданно для себя Кайрат вспомнил старую легенду. Говорят, события произошли эти еще на Земле, когда монголами правил Тимуджин. Вспышка гнева Чагатая в отношении его старшего брата Джучи.

Тогда Чингисхан остановил братьев. Вот только хан Улукбек не мог сравниться с Великим правителем. Удастся ли ему присмирить сыновей?

– Довольно, – проговорил хан, глядя, как его сыновья мутузят друг друга. – Довольно!

Взмахнул рукой и вот уже четыре тургауда растащили взорвавшихся воинов.

– Как дети малые, – прошептал Улукбек. Взглянул на Улзии. – Кто тебе сказал эту ложь? – поинтересовался он. Затем махнул рукой стражникам: – Отпустите его.

Тургауды отпустили Улзии и сделали шаг назад.

– Позволь говорить, отец? – проговорил Улзий, опустив глаза.

Хан кивнул.

– Еще в детстве, мне об этом сказал Сюиджо.

Лицо Улукбека побелело. Перед глазами возник образ одного из его братьев. Хан вынужден был убить Сюйджо, когда тот попытался свергнуть его, пойдя против воли богов. Лживый, трусливый и мерзкий тип, каким был брат, даже после своей смерти пытался рассорить Улукбека с сыновьями.

– И ты поверил? – спросил хан у Улзии.

Не отрывая взгляда от каменного пола, тот прошептал:

– Да.

Правитель вздохнул.

– Плохо же я тебя воспитал, – молвил он, взглянул в сторону Мэнэра, – его тоже можете отпустить, приказал он тургаудам, – если хотят друг друга убить, так пусть это сделают здесь и сейчас. И пусть Небеса будут свидетелями, что не хотел я этого. Может и тебе наговорил чего-нибудь этот мерзавец Сюиджо?

– Мне он ничего такого, ни про тебя хан, ни про Хатун Хонгурзул не говорил.