Кочевники. Космический эпос

– Пусть смотрит, – прошептал сотник, – Я все равно не жилец.

– Это мы еще посмотрим, – проговорил пророк, склоняясь над батыром.

В тот день Кайрат-бек впервые видел, как дервиш лечил человека. Обычно ранеными занимались табибы, если у них ничего не выходило, и воин отходил в мир иной, тогда наступала работа шаман. Колдун снимал оковы, что связывали душу с телом, а затем предавал тело земле, из-за боязни, что труп достанется голодным Гарвам. Вот только сейчас с собой в поход шамана не прихватили. Надеялись, что для становища Сумум-бека доберутся без приключений.

Но, увы, не получилось. Сейчас обязанности шамана мог исполнить Ширэ Джилдакан.

Между тем дервиш опустился перед сотником на колени. Снял с груди амулет и поднес к ране. Долго над ней водил, а затем, закрыв глаза начал бормотать не то молитву, не то заклинание. Кайрату вдруг показалось, что в голове его что-то загудело. Он непроизвольно сделал шаг назад. Неожиданно дервиш замолчал. Резко открыл глаза и произнес, отчетливо проговаривая каждое слово:

– Теперь мы можем уйти.

Думаю, вскоре буюруку станет лучше.

– Да, да, – пролепетал полководец и попятился из шатра.

Как только он пересек невидимую линию порога, гул в голове прекратился.

– Вроде вы хотели захоронить убитых, ягычи? – вдруг проговорил дервиш.

– Хотел.

Чтобы набрать служивых, пришлось прибегнуть к помощи багатура. До этого неприметный пехлеван быстро справился с заданием. Но прежде чем приступать к похоронам Кайрат стал осматривать труппы.

Он подходил поочередно, то к одному, то к другому. Отличить кайсаков от воинов хана Улукбека оказалось проще простого. Все разбойники облачены в архалук. На воинах правителя одинаковые для всех доспехи. Кайсаков Кайрат-бек ногой переворачивал на спину, если это было необходимо, и минуты две вглядывался. Батыров Улукбека приказывал оттаскивать в сторону. Предполагалось, что их захоронят отдельно, а пайцзы, что висели на шее, будут отданы родным воина. Возле около одного из разбойников ягычи задержался. Вглядывался в него очень долго, потом вздохнув, проговорил:

– Этого я видел в стане хана Мэнэра.

Он хотел было пнуть со всей силы убитого, но передумал. Воин пошел на злое дело не по доброй воле – это первое, а второе, его душа так и останется в теле и не сможет его покинуть. Дервиш согласился освободить только мертвых нукеров.

– Все-таки хан Мэнэр, – прошептал Кайрат.

Уверенности не было, что в нападении участвовали люди Улзия.