Подмена-2. Оригинал

– Пытались отбить принца… – повторила я, укладывая в голове. – Пытались… значит, не смогли?

– Нет. Воины во главе с великолепным асраи Алево при помощи Стражей пути смогли отбить их атаку. Но драконы в бессильной ярости разнесли все, до чего смогли добраться. В Тахейн Глиффе не осталось ни одной целой крыши, мелких строений, в гавани были сожжены все корабли, – голос Лугуса опять дрогнул, а острый подбородок затрясся. – Но, к тому времени, как перебили всех нападавших, все великолепные галереи Фир Болга оказались уничтожены безвозвратно!

– Убили всех? – Мне стало немного жаль драконов.

В конце концов, в моих глазах они были слегка герои, раздолбавшие этот похотливый курятник. Да и раз уж на то пошло – увидеть живого дракона тоже любопытно.

– Да, убили и сбросили трупы в море на съедение радужным змеям! – Лугус гневно сжал кулаки, прижав их к бокам.

Надо же, еще и радужные змеи.

– А как же их принц? Он тоже убит?

– Нет. Наш архонт использует его как заложника.

– То есть сейчас в Тахейн Глиффе есть один живой дракон? – Интересно, где же можно содержать его здесь?

– Есть, конечно.

Хотя сейчас он скорее полуживой, – с явной неприятной ноткой злорадства произнес Лугус.

– Ранен?

– Наказан в назидание своему отцу и прочим.

– Даже боюсь спросить, в чем состоит наказание, зная душевную доброту архонта, – пробормотала себе под нос.

– Ему отрубили руки, содрали кожу и отправили все это его отцу в качестве послания! В следующий раз он десять раз подумает, прежде чем напасть на Тахейн Глифф!

Да кто же тебя за язык-то тянул, гадкий ты брауни!

– Боже! – Желчь подступила к горлу, я часто задышала, прогоняя тошноту и жуткую картинку из разума.

 – Но это же просто чудовищно! Каким монстром нужно быть, чтобы сделать такое с беззащитным пленником?

– Беззащитным, монна Эдна? – удивленно распахнул шоколадные глазищи брауни. – Не-е-е-т! Наш архонт сразился с принцем в честном поединке на глазах у всех, на главной площади Тахейн Глиффа. Победил его и после покарал за всех погибших и раненых во время атаки его соплеменников.

И это после того как архонт едва восстановился после тяжелейших ранений, нанесенных ногглами! Мы все, каждый, кто это видел, восхищены и устрашены его силой и боевым мастерством. Никто больше не сомневается в его способности защищать нас и дальше!

Произнося свою прочувствованную речь, Лугус будто становился выше ростом и раздувался, словно поведение Грегордиана было основанием для его собственной гордости.