Порченый подарок

Кто бы заподозрил в этой мохнатой махине такой скандальный нрав! Кажется, кто-то что-то кричал мне вслед, и даже слышался стук копыт, но оглянуться я не могла, чтобы не пропустить очередной финт лошади, что теперь еще и норовила свернуть в чащу и затащить меня под ветки.

Я безжалостно «запиливала» упрямицу, заставляя двигаться куда мне нужно, одновременно мысленно прося у нее прощения за жестокость, и изо всех сил всматривалась вперед, желая пересечь проклятую границу.

Могли ли аниры преследовать меня и в Гелиизене? Конечно.

На что я рассчитывала, устроив этот безумный побег? Понятия не имею, но только сидеть и ждать, когда моя участь будет решена снова за меня, не смогла.

Ноги в сапожках, в которые изрядно набилось снега, заледенели, его же уже полно набилось за воротник, лицо, уши, шея горели и болели, руки без перчаток скрючило, глаза почти ослепли, но я продолжала толкать и толкать под бока ворованную лошадь. Где же эта проклятая граница?

Поменяв посадку, вытянулась, силясь больше увидеть впереди, как вдруг отвлеклась на странную тень, мелькнувшую у дороги, и вспышку искристо-голубого среди сплошной белизны, и хитрая кобыла тут же этим воспользовалась, шарахнувшись влево и врезав моим коленом прямо в ближайший ствол.

Истошно заорав, я полетела в снег, встречаясь лбом с низко расположенной веткой. Вот и конец моему побегу. Даиг, пусть мне дадут просто замерзнуть тут!

Глава 7

Мне чудилось какое-то покачивание… ритмично повторяющееся прикосновение чего-то щекочущего и мягкого к щеке и шее… звук немного шумного равномерного дыхания… ворчливое бормотание или даже тихое рычание с намеком на неразборчивую речь… запах чего-то странного, сильного, мускусного и свежего одновременно, совсем не отталкивающего, скорее, вызывающего желание вдыхать еще и еще, стремясь познать оттенки и дать пищу бессознательному почти разуму для опознания.

А еще, кажется, я снова видела всполохи ярко-голубого на белоснежном.

– О, Даиг, как же больно! – завопила я, приходя в сознание от того, что кто-то энергично тер мою правую ступню, буквально пытая меня этим.

– Больно – это хорошо! – строго заявил Инослас, опять плеснув на ладони резко пахнущую алкоголем прозрачную жидкость и взявшись за вторую ногу, заставляя меня сжать зубы, чтобы не закричать еще раз.