Перерождение

– Это еще что такое? – фыркнул, презрительно вздернув верхнюю губу, верзила в серебристо-сером костюме явно от какого-то модного дома и мутно-зелеными глазами чуть на выкате.

– Говорю же – две девки, альфа Ругот. Обе выжили, – сказано было так, словно мы с Надей сделали нечто оскорбительное или непотребное, умудрившись не умереть. Тощий тюремщик буквально убивал меня взглядом. – Глаза в пол, сучка нахальная!

– Пошел ты, ушлепок сраный! – неожиданно даже для самой себя оскалилась я. – Если сам сказал, что мне так и так тут подыхать, то хер ли мне вашим правилам следовать!

И в самом деле, не могут же они убить меня дважды.

А в их мерзкие рожи хотелось плюнуть, аж челюсти сводило. Если все равно я смертница, то хоть в удовольствии напоследок себе не откажу.

– Я смотрю, девушка с очень дерзким языком торопится на тот свет! – с холодной насмешкой отметил еще один альфа с грязно-песочной богатой шевелюрой и всем своим видом напоминавший больше громадную бочку с конечностями. Нет, он был не жирный, конечно, просто такой широченный, что я на его груди смело могла бы лечь поперек и ноги бы, наверное, не свисали.

 – Господа, если никто не претендует, то, может, окажем ей любезность и избавим от мучений?

Гуманист гребаный, мать его! Парни в клетках стали переглядываться и нервно топтаться, а я осознала, что меня прикончат у них на глазах просто для того, чтобы до всех дошло: никто тут не шутит. Скорее всего, это все равно сделали бы с первым же проявившим неповиновение, а я просто облегчила им выбор объекта для демонстрации устрашения.

К тому же меня и не жалко нисколько, в бойцы-то не потяну. Тощий будто только и ждал команды «фас!» и чуть не бегом кинулся отпирать мою клетку. Заметив его энтузиазм, альфа-бочка ухмыльнулся и добавил:

– Никакого траха, Лука! Мы не издеваемся над измененными. Или берем их в семью, или безболезненно умерщвляем.

Тощий будто споткнулся от его слов и сразу растерял большую часть своего энтузиазма, на что все четверо властных ублюдков глумливо заржали.

– Да ладно, Лука, я тебя понимаю! – поддержал насмешки холеный блондин, рассматривая меня так, что захотелось скрутиться в углу, прикрывая все, что только можно. – Если бы не был уверен, что Марина учует и яйца мне на кулак намотает, то взял бы ее себе. Мелкие – они обычно ух какие узкие, гибкие и гораздо крепче, чем на первый взгляд кажутся!

Потом он повернулся к Наде и окинул ее взглядом, весьма похожим на одобряющий.