Перерождение

А я снова рассердилась на себя, оттого что неожиданно зависла, прослеживая взглядом за одинокой дождевой каплей на его гладко выбритой щеке, то вспыхивающей серебристо-белым, то гаснущей в свете фонарей, которые мы миновали, и медленно ползущей вниз к жестко очерченному подбородку. А вслед за этим внезапно настигшим меня моментом абсолютно нежеланного созерцания снова нахлынула волна его запаха, только теперь смягченная и одновременно подчеркнутая дождевой влагой. Я моргнула, откровенно матеря себя, и вдруг Риэр резко свернул в какой-то двор, проехал насквозь, снова влился в движение на проспекте, опять неожиданно свернул, и так несколько раз, и мне только и оставалось, что вцепиться в поручень и следить за тем, как не разбить себе голову.

Вот и ответ на вопрос, есть ли за нами хвост.

Чем ближе к центру города, тем оживленнее становилось движение на дороге, и, несмотря на дождь, больше ярко одетых людей на тротуарах. Когда ты молод и хочешь развлечься, такая мелочь, как плохая погода, тебя не остановит.

Насморк и больное горло назавтра – недостаточная причина для того, чтобы одеться тепло, а не эффектно, а возможный цистит и прочие малоприятные радости не повод просто остаться дома. Я мысленно закатила глаза. Ну прямо мысли столетней старухи, ей-богу! Риэр затормозил перед входом в какое-то заведение с безостановочно моргающей до рези в глазах вывеской «Сладкий лютик», окинул взглядом толпу у входа и, проехав чуть вперед, свернул в переулок, где и припарковался.

– Хватит сопеть как бешеный еж, пупс! Вылезай! – скомандовал он.

– Смотрю, список милых прозвищ стремительно пополняется, – буркнула, открывая дверцу, и тут же вздрогнула из-за противного сквозняка, пробравшегося под подол короткого платья.

– Прекращай на меня шипеть и изобрази девушку, радостно стремящуюся навстречу будущим приключениям.

– Это ты возможность подцепить черт-те что, познакомившись в таком месте, приключениями называешь? – ворчливо осведомилась я. – Или это шанс жизни лишиться должен меня радовать?

– О болячках тебе больше не стоит волноваться, пупс.

Мы ими не можем заразиться.

Здесь пахло гадко: мочой, всякими объедками, крысами, выхлопными газами с дороги. Вот и на кой черт иметь улучшенное обоняние? Чтобы получать ненужную для мозга информацию о том, что может валяться под ногами в таком милом местечке?

– О, ну конечно, это главное, что сейчас меня занимает! – огрызнулась, демонстративно зажимая нос.