Отбор Василия Блаженного

– Вы допускаете меня до отбора?

– Да. – Решился он. – Формально вы можете участвовать. Не вижу никаких препятствий кроме тех, которые я уже обозначил.

Он встал и подошел к шкафу. Открыл пару шкафчиков, чихнул, проверил пару склянок и с одной из них капнул немного на ладонь, растер, понюхал и удовлетворенно протянул мне всю склянку:

– Намажешь на спину перед сном. Вначале теплую ванну, после намажешь мазь. Густо не клади, достаточно чтобы впиталось. Завтра утром повторишь.

Я поблагодарила и мазь взяла.

Пожалуй, я и лицо намажу. Не думаю, что он мне навредить хочет. Так что я вполне себе искренне поблагодарила и снадобье взяла.

За дверью меня поджидала давнишняя служанка. И мы тем же кружным путем вернулись в мои комнаты.

– Вы опоздали на ужин. Он как раз закончился, – она опять присела в поклоне. – прикажите подать вам еду в комнаты? Это не одобряется, но у вас была уважительная причина.

– Благодарю, но нет. Не хочу нарушать правила с первого дня.

Я не стала говорить, что после отравления даже не могла думать о еде. Общее состояние было таким, что хотелось упасть в кровать и спать. Желательно сутки. Но я знала, что завтра день начнется рано. Почти как в армии.

В комнате явно кто-то был. Немного не так были задернуты шторы, шкаф был приоткрыт, а коврик сдвинут. Конечно, можно предположить, что приходила горничная, но мокрое полотенце висело так же, как я его повесила. Да и к чему прибирать и без того чистую комнату?!

Я набросила на дверь охранку, зная, что визитера это не задержит, но разбудит меня.

Впрочем, более умелый маг без труда его снимет. А во дворце навряд ли есть нехватка умелых магов.

Но сил думать об этом у меня уже не было.

Я выполнила предписания врача и упала на кровать.

Даже если кто-то и пытался меня разбудить, то у него это не получилось.

ГЛАВА 3, В КОТОРОЙ Я ПРИСТУПАЮ К УЧАСТИЮ В КОНКУРСАХ

Утром я проснулась от звуков бравого марша под окнами спальни.

Не удержав любопытства, я встала и покачиваясь, добралась до окна. Распахнула сворки и некоторое время любовалась оркестром. Молодые мужчины играли слаженно и с полной самоотдачей. Трубач так смешно надувал щеки, что я на короткий период времени залюбовалась зрелищем. А уж что творил барабанщик!

Но вот мои соседки оказались другого мнения:

– Боже, какой ужас!

– Да разве можно так издеваться?

– Я же только легла.