Часы и дилеммы. Серия «Мир детектива»

Тем не менее в этом первобытном обществе он сохраняли права первородства, хотя Дезире, напоминавший своего отца, только в еще более грубом виде, смотрел на него с угрюмой завистью и злобой.

Поэтому на Шарля была возложена обязанность проехать в двуколке в Кан с тысячей франков в кармане для уплаты нескольких счетов в самый вечер артистического бала. Джоанна видела, как он уезжал, принарядившись, как умел, надвинув шапку набекрень и улыбаясь во весь рот, как школьник, отправляющийся на каникулы.

– Смотри, веди лошадей в гору шагом, – сказал Нарцисс.

– Не возвращайся позже девяти! – крикнула Клотильда.

Взмахнув своим бичом, Шарль Педру двинулся в путь. Это происходило в три часа дня. В час ночи, вернувшись с бала, Джоанна шепотом пожелала доброй ночи Мэри Коль, так как в доме было все тихо и темно, и прошла в свою комнату. Но оказавшись у себя, чувствуя себя разгоряченной и запыленной после танца, она вдруг почувствовала желание раздобыть теплой воды для умывания.

В кухне на плите всегда стоял котел горячей воды – так как хозяева рано вставали и поздно ложились, огонь под ним редко угасал.

Джоанна поэтому спустилась тихонько по лестнице с кувшином в одной руке и с зажжённой свечой в другой. Она осторожно поставила кувшин на пол и приоткрыла дверь в кухню. К ее удивлению, лампа еще горела, и перед камином еще сидели Нарцисс, Анджела, Клотильда и Дезире. Они сидели прямо, не говоря ни слова и не двигаясь. Джоанна притворила дверь с неприятным холодом страха в сердце.

Было что-то ужасно зловещее в этой молчаливой группе. Они напоминали безжалостный трибунал.

Никто из них ее не видел. Она поднялась в свою комнату и только успела закрыть за собой дверь, как услышала стук копыт и скрип колес. Звуки остановились у ворот двора, на который выходило ее окно. Она потушила свою свечу и стала глядеть из окна, которое было открыто, и ставни не были спущены. Ночь была ясная, звездная.

Она увидела, как Шарль Педру ввел лошадь в амбар, распряг ее и отвел в стойло, а затем втащил двуколку под навес. Он делал все очень тихо, чтобы не проснулись домашние. Потом он постоял несколько мгновений перед дверью, как бы чего-то боясь, наконец, повернул задвижку и вошел. Почти тотчас же Джоанна услышала голос Нарцисса. Он говорил, как это ни странно, очень тихо, и это больше поразило Джоанну, чем могли ее поразить гневные крики старика.