Часы и дилеммы. Серия «Мир детектива»

Затем она резко встала и, отдернув штору, выскочила на балкон.

Там, сбитый с толку, ее и обнаружил спутник. Наклонившись вперед, локтями она опиралась о красную обивку балконного парапета, а ладонями сильно давила на глаза в тщетной попытке избавиться от преследовавшего ее видения.

– Синтия, что, ради Бога, я сделал, что обидел тебя? – виновато спросил юный джентльмен.

Синтия, подняв голову, пристально на него взглянула. Она сочла его вполне естественный вопрос совершенно неподходящим.

– Ты, Джим? О чем ты? Ничего, конечно.

Она посмотрела на Грин Парк и откинула голову как будто хотела искупать лоб и шею в его прохладной тени и успокоить свое волнение.

– Это один из маминых званых вечеров, – сказала она. Там есть люди, с которыми я не знакома. Возможно, она без меня встречалась с ними весной в Каире, Тунисе, Алжире или где-то еще. Так как же я могу сказать, кто из них делает это, правда?

– Да, вряд ли, – подтвердил Джим.

Синтия попятившись от пролетевшего по дорожке перед ней листка бумаги, нахмурила свой красивый лоб и стала рассматривать гостей ее матери через зазор в шторах.

Джим, угрюмо оглянувшись, забыл о манерах.

– Это обыкновенное сборище. У них ничего нет против тебя, – сказал он.

– Да, но один из них не является частью этого сборища, – с осуждением заметила Синтия. Он это и делает.

Джим шутливо протянул: «Все это делают». Но этим летним вечером его тактичность была особенно сильна.

– Что делают, Синтия? – мягко спросил он.

– Тише!

Изящная ладонь сжала рукав его пальто.

Синтия нуждалась в обществе, а не в беседах.

– Меня ждет ужасная ночь, Джим, пока мы не выставим оборону.

Синтия была такой несчастной. Джим перевернул свою ладонь и взял ее за руку.

– Я знаю. Мы сейчас выскользнем и сбежим. Моя машина стоит у входа.

Синтия лишь встряхнула головой.

– Это будет несправедливо по отношению к Мамочке. Нам надо подождать. Они все скоро уйдут. Кроме того, для меня важно выяснить, кто из них это делает.

Потом я смогу быть уверенна в том, что кто бы он ни был, ему никогда больше не переступить порог этого дома.

Это было ужасной угрозой, но Джим осознал, что так было бы справедливо. У людей не было права поступать с Синтией так, что она боялась ночи, несмотря на то, что все происходило в гостиной. Должно быть, они сделали ставку на черное. И вдруг ужасающее объяснение несчастья Синтии сразило его.

– Дорогая, ты ясновидящая? – со страхом спросил он.