Опричник

Увы, сделать это ему не удалось, так как его тут же перехватили сидевшие за соседним столиком мушкетеры короля. Те напропалую, впрочем, как и Федор, тратили деньги. Меншиков вдруг представил, что эти четверо, получили золотые монеты не иначе от самого Людовика. Сам же путешественник вынужден был довольствоваться несколькими ливрами, но и этих денег было достаточно, чтобы снять комнату на постоялом дворе. К сожалению, пришлось расстаться с золотой цепочкой. Продешевил ли Федор, было известно только ростовщику да богу.

Только ни первый, ни второй ему об этом никогда не расскажут. Сразу же, как раздобыл деньги, кинулся на поиски постоялого двора, а когда вошел внутрь, первой мыслию было, что ошибся и угодил в сортир. Воняло ужасно. Меншиков подумал, что неплохо бы подыскать что-нибудь другое, но тут вспомнил, что точно такой, же запах стоял и у ростовщика.

– Ну, и вонь, – проговорил путешественник и направился к хозяину таверны договариваться.

И вот сейчас Меншиков сидел в самом дальнем углу зала в одиночестве за столом, как можно дальше от дверей.

Сюда уличная вонь не доходила. Федор опустошил вторую бутылку, наполнив глиняную кружку, и задумался. Путешественник рассчитывал, что сегодня он отдохнет с дороги. Все-таки не привычно, оказалось, ехать на лошади. Подустал. А завтра с утра, после того, как отобедает пуститься на исследования города Парижа. Он уже и план составил. В основном сооружения, которые до двадцать первого века не уцелели. Пока всего три, но каких! Королевский дворец, в котором обитали предшественники Людовика. Он еще сохранился, в чем Федор был уверен. Бастилия, в которой вскорости будет томиться – «Железная маска». Ну, и само собой Монофокон. Этакая виселица, аналогов которой в других государствах просто не было. Попытается заглянуть к собору Парижской Бога Матери, который, как утверждали математики из Москвы, только-только отстроили. Интересно было посмотреть, до какого состояния французы довели его за каких-то несколько лет эксплуатации. Залпом осушил содержимое кружки, закусил цыпленком и оглядел присутствующих. Кроме четырех мушкетеров в синих плащах с белыми крестами, что сидели за соседним столиком, в таверне было несколько буржуа, что вели мирную беседу, за каким-то дешевым вином. Монах, пожиравший огромную рыбину и господин в черном. Тот сидел за столиком у окна и явно кого-то ждал, то и дело, всматриваясь в мутную слюду окна. Неожиданно на улице заржал Росинант Федора.