Опричник

Оба вскочили в седла. Рашфорт пришпорил коня и ускакал вдаль, следом за ним спешил Меншиков.

Ля Рашель

О грядущей осаде в Ля Рашели знали, а вот, что враг в нескольких верстах от городских стен никто не догадывался, иначе не смогли бы приятели попасть внутрь крепости так спокойно.

Они влетели в городские ворота. Рашфорт не слезая с лошади, потребовал к себе начальника караула. Солдат удивленно взглянул на графа и задал только один вопрос:

– А вы собственно кто такой?

– И это ордынцы, – прошептал Рашфорт.

Еле сдержался, чтобы не ударить охранника. Сжал зубы. Потом улыбнулся и произнес гордо: – Граф Обочин известный так же как Рашфорт.

Служивый побледнел. О графе Рашфорте он явно был наслышан.

– Я сейчас сбегаю за капитаном городской стражи, – проговорил он.

– Это потом, а сейчас закрой двери, дурень. Враг у городских стен, а у вас ворота нараспашку. А если бы это был не я, а один из мушкетеров короля?

Охранник тут же вскинул мушкет. Ему в голову пришла мысль, а если перед ним действительно не граф Рашфорт, а какой-нибудь чужеземец, который решил воспользоваться именем офицера.

Обочин рассмеялся. Запустил руку за пазуху камзола и вытащил бумагу. Ткнул ей в лицо служивого и приказал:

– Читай!

Охранник взял бумагу. Пробежался по ней глазами и вновь побледнел. Затем взглянул на Меншикова и спросил Рашфорта:

– А это кто с вами?

– Это мой приятель и угрозы, в отличие от мушкетеров, не представляет. Так что закрывай двери и зови сюда капитана.

Служивый тут же кинулся выполнять приказ. Он скрылся за дверью, ведущую внутрь башни, а вскоре за спиной Меншикова раздался скрежет. Федор невольно повернулся и посмотрел на ворота. Они медленно, со скрипом закрывались. Это произвело на путешественника неизгладимое впечатление. Когда створки сомкнулись, стала опускаться стальная решетка. И тут раздался голос, заставивший Меншикова вздрогнуть. Федор тут же прекратил смотреть, как закрываются ворота, и взглянул на капитана.

На офицере был военный камзол – кожаный джеркин, широкие панталоны.

Ноги обуты в сапоги со шпорами. На голове широкополая шляпа с высокой тульей, поля которой загнуты кверху, да к тому же украшенные, как предположил Федор, страусовым пером. Из-под кожаного джеркина выглядывал плоеный воротник. Офицер снял с головы шляпу и выполнил реверанс. И только тут Меншиков обратил внимание, что прическа у гугенота была совершенно иной. Она больше походила на стрижку под горшок.