Небесный дар. Книга сказок

Даже не вылезая из своей ступы, сразу спросила:

– Ну каков будет ваш ответ?

Согласны ли вы выдать ее замуж за моего сына?

А царь ответил, вскочив с трона:

– Дочь моя не желает выходить за твоего сына замуж!

– Ах так, – зарычала злая ведьма. – Я вам

тогда покажу, как отвергать моего сыночка. Вы у меня еще пожалеете. Видишь ли, ей мой красавчик не понравился. Да из него бы хороший царь получился. С моими знаниями и силой колдовства все бы нас боялись, все бы нам подчинялись и казна бы от денег ломилась.

А обидев и оскорбив меня, вы потеряете свою дочуру. Я превращу её в жабу, заберу с собой и выброшу её в

самое дальнее и топкое болото, среди самого дремучего, дальнего леса, куда даже нога человека ни разу не ступала, куда птица не долетала.

При этих ее угрозах царица схватилась за сердце, громко ахнув, а проклятая продолжая, злорадствуя:

– А обратно в принцессу она только тогда превратится, когда найдётся такой смельчак, который женится на ней в таком мерзком виде и во время свадьбы поцелует её при всех, – и с этими словами она махнула метлой и, сев в ступу, полетела, а за ней тянулся едкий шлейф такого черного дыма, что даже из глаз у всех текли слёзы и все стали чихать.

А когда дым рассеялся царь с царицей и слуги побежали в светлицу к принцессе, а её уже и след простыл. Все окна были распахнуты – через них Баба Яга и вылетела настежь, и только последки едкого дыма напоминали о ее визите. Теперь только и оставалось родителям плакать и жалеть свою несчастную дочь, унесённую злой и коварной колдуньей.

А в это время баба Яга была уже далеко от дворца и летела над дремучим лесом, за болотами, подлетая к самому далекому и топкому из них, к которому и несла она нашу жабу царевну. Злодейка ликовала, думая о том, как она бросит её в поганые зыби, в которых та будет сидеть веки вечные и квакать безутешно.

Подлетев к болоту и достав из кармана толстую жабу с выпученными глазами, она произнесла злорадно:

– Сиди вот тут, в вонючем болоте, принцесса моя.

Ха-ха-ха, – засмеялась она своим противным хриплым голосом. А, перестав смеяться, добавила, грозя пальцем: – Не захотела ты жить припеваючи с моим лапочкой сыном во дворце красавицей, вот теперь наслаждайся вонючей трясиной, – и бросила её с этими словами в самую середину.

Запрыгнула обратно в свою ступу и, погоняя метлой, помчалась восвояси.

Много ли, мало ли времени прошло. Ко всему привыкаешь.