Взгляни на птиц небесных

Безумной длины и густоты ресницы чуть опустились, прерывая контакт и его ступор и позволяя его взгляду скользить дальше по ее лицу. Идеальная кожа, напоминающая полированный камень цвета кофе с молоком. Тонкий нос с нервными, чувственными ноздрями. Губы. Стоило Муссе посмотреть на этот рот, его член дернулся так, что мужчина вынужден был поерзать, стараясь хоть немного ослабить боль в паху. Ч-е-е-ерт! На ум, как назло, не приходило ни одной хоть отдаленно пристойной мысли, что помогла бы унять немного его зуд в штанах.

А когда ее губы чуть дернулись в едва заметной улыбке на какую-то чушь, которую он нес, пытаясь изобразить непринужденную беседу, то Муссе захотелось взвыть в голос и дотронуться до этих пухлых губ хотя бы пальцами. Если бы прямо сейчас Элоди заглянула в его голову и увидела те картинки, что без конца проигрывало его скотское воображение, она бы наверняка влепила ему такую пощечину, чтобы у него в голове до утра звенело, и ушла бы моментально.

«А может, и нет! – шептало подлое подсознание.

 – Может, взяла бы тебя за руку, отвела в уединенное местечко и, опустившись на колени, исполнила хоть одну из этих фантазий.»

Да закатай губу, Мусса! Такое только в кино для взрослых бывает. Но помечтать-то мужчине можно?

– Элоди, а вы откуда к нам приехали? – не нашел ничего лучшего спросить он.

– Ниоткуда, – снова чуть улыбнулась. – Я родилась и выросла здесь. Сделана в России, так сказать.

– Д-а-а-а? – Мусса представил, каким, наверное, идиотом выглядит со стороны.

Как ни странно, Марат, похоже, решил ему уступить и увлекся общением с подругами Элоди. А может, просто затаился и ждет момента позлорадствовать, когда его, мычащего нечто невнятное, Элоди пошлет проторенным эротическим маршрутом, и у него будет возможность попробовать силы. Хрена с два тебе, братец!

Вести особо продуктивную беседу в таком шуме, конечно, было невозможно, но зато был повод приблизиться.

Элоди допила свой коктейль и, кажется, немного расслабилась в его присутствии.

У Муссы создалось впечатление, что она ведет внутренний спор с собой, словно на что-то решаясь. Да и обе подруги то и дело одаривали Элоди какими-то настойчивыми, непонятными Муссе взглядами.

– Дамы, чем мы можем вас угостить? – спросил Мусса.

– На ваш вкус, но не так, чтобы убивало, – сказала София, и Элоди кивнула.

Мусса с Маратом пошли к бару.

– Что, решил, что у тебя нет шансов, младший? – поддел Мусса.