Песни бегущей воды. Роман

Морщинки у глаз сгустились, а самих глаз и не увидеть под кустистыми бровями, такими же седыми, как и борода.

– Нет, добрый человек, я еду от сына – он там, на холмах овец пасет. Еду в свой кишлак, за ту гору, которая здесь смотрит на нас стеной скал! А наш кишлак как раз стоит у ее подножия, с другой стороны.

– А-а, – понимающе протянул Джаркын.

– А ты, я вижу, не из наших краев?

– Не из ваших. Оттуда пришел, из-за гор.

– А-а! – удивился старик. – В дальний путь отправился без поклажи? Или растерял все по дороге?

– Что-то потерял, что-то нашел, – уклончиво ответил Джаркын.

Тень от дерева передвинулась, и жаркое солнце припекло спину. Джаркын встал, наклонился к воде, зачерпнул горсть и плеснул себе в лицо. Растер шею. Почувствовав живительную силу воды, улыбнулся.

Старик все смотрел на него.

– Свободен ты! – сказал вдруг. – Легко идешь, нет за тобой груза, о котором думал бы с тоской и заботой.

– Это так, ата. Ничего там не осталось – ни дома, ни жены, ни детей. Даже собаки нет.

Иду легко, только куда – не знаю.

Старик тоже встал. Джаркын поймал его осла за повод, подвел ближе, помог на него взобраться.

– Ты не бродяга, вижу я. Если хочешь мудрый совет получить, иди в гору, – посоветовал он и кивнул на тот скалистый кряж, что всей своей массивностью загораживал небо вдали от сая, – туда ведет тропа, прямо к пещере, в которой живет отшельник. Сколько он там живет, никто не знает. Я еще ребенком был, а его уже почитали как мудреца! Поднимись к нему. Но знай: старец суров, но, если что посоветует, так и сделай.

Ему открыта истина!

Сказал так, пнул осла пятками и потрусил дальше.

Джаркын вернулся к саю, снова присел в тени. Но от благостного настроения, которое до встречи со стариком так грело душу, не осталось и следа. Шел себе, шел, даже забыл о былых думах – куда, зачем идет, и надо же было так случиться, что несколько слов со случайным человеком вновь озадачили. Джаркын в сердцах сплюнул. Что так растревожило? Что такого сказал старик? Ничего… ничего такого.

Просто напомнил о былом горе. Но раздосадовало не это. А то, что не смирился он, Джаркын, с судьбой, что не оставили его вопросы о смысле его дороги, только спрятались на время, как злополучная лягушка за его рубахой!

Джаркын посмотрел по сторонам. Никого! Только воздух – горячий, напоенный ароматами трав – колышется вдали. Джаркын достал свое сокровище. Опустил лягушку в воду, раскрыл ладонь, давая прозрачным струям омыть все ее каменное тело.