Рокировка. Шах

Прости, но спать тебе придется часа по три, не больше. По комнатам вас отправляют в десять, и до полуночи будешь изучать книги и записи, которые мы принесем. А в полночь будет приходить одна из нас и заниматься с тобой до трех.

– Подождите, – я замотала головой, будто подгоняя мысли, – я столько физически не успею выучить и запомнить. Мне нужна книга, которую я могу взять потом с собой и записать все, что надо. Ну и желательно, чтобы мне дали учебники по магии.

– Гримуар? – Дана перевела взгляд на Лантарию.

– Других вариантов нет, – скривилась та, и обе они повернулись ко мне.

– Завтра создадим тебе гримуар. Это особая книга, завязанная только на тебя. Потом даже сможешь протащить ее в замок «мужа». Книги мы тебе предоставим, и, пожалуй, собственные гримуары тоже. Все будет лежать в комнате.

– А не боитесь, что увидят?

– Нет, – фыркнула Дана, – мы хорошо подготовились. Без твоего ведома никто сюда не зайдет и ничего не увидит. Хотя разбрасывать книги на видном месте, пожалуй, не стоит. Поверь, мы гораздо сильнее, чем привыкли считать наши «хозяева», особенно когда соберемся вместе.

– И что, магистр даже не догадывается о вашем самоуправстве?

– Вик, – Лантария снисходительно посмотрела на меня, – магистр и остальные маги прежде всего мужчины, и мужчины, уверенные в собственной силе. Поверь, ни один из них даже не представляет того объема знаний и сил, коими мы обладаем. Особенно совокупно. Да и в отличие от них, мы не гнушаемся «низкими» способами.

– То есть?

– То есть существуют обычные травы, которые усыпляют. И это – не зелья, так что они не распознаются магическими способами. А потом чуток легкого магического флера – и вуаля! Магистр и остальные спят, а охранки мы обходить за столько лет научились.

М-да… и она думает, это подходящее пожелание «спокойной ночи»? Не удержавшись, фыркнула я в закрывшуюся дверь. Наконец-то оставшись одна, смогла позволить себе расслабиться и, прикрыв глаза рукой, несколько минут просто размеренно дышала, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.

Господи! На что я сейчас согласилась-то?! Лишь теперь до меня начал доходить весь ужас произошедшего. Кабала, натуральная и не подлежащая отмене. Если не справлюсь, то останусь без свободы, без детей и без жизни. Кажется, я полезла играть в слишком опасные игры. Вот только вернуться на линию старта уже нельзя. Есть одна дорога – к финишу, и я просто обязана пройти ее любым способом.