Коротышки

– Но как же вы, Ваше Величество? – удручённо спросил Элман, – Ведь вы не сможете отойти от Дуба ни на шаг!

– Да! -подхватили остальные, – Как же вы?

– Когда -то мой народ, в котором я была рождена жил в долине, где росла туранга! – начала говорить королева Сафина и её голова величаво поднялась, оголяя длинную эльфийскую шею, – Туранга – это древнее и чудесное дерево, о котором сложено не мало легенд. Но мой народ никогда не был привязан к деревьям. Мы были лишь хранителями этих удивительных великанов. Однажды на эльфов напали злые духи долины.

Они были словно чёрные тени, это была злая сторона волшебного мира. И мой отец, спасая меня от гибели, принёс меня на этот Дуб. С годами я срослась с его сущностью, полагая, что в нём душа моего дорогого предка. Но когда на нас напали короеды, я поняла, что я осталась эльфом, а Дуб – остался Дубом. Я вновь оживила его, так как являюсь Хранителем всего живого. Так что, думаю, что никакой беды не будет, если я однажды хотя бы ненадолго оставлю свой дом.

Коротышки радостно загалдели, подскакивая со своих мест и обнимаясь от счастья. Но вдруг что -то тяжелое плюхнулось прямо перед дуплом и коротышки, вытянув свои шеи, выглядывая из дупла, увидели вожака майн, сбитого рогаткой. Эдин тут же заметил оборванный конец тросика на земле. Он с досадой поджал губы, а коротыши подскочили с мест и заметались. Они только от вида громадной птицы, находящейся рядом, громко и беспомощно завизжали и забились в глубь дупла. А рядом с птицей зашуршали чьи-то шаги.

И коротышки умолкли, как по команде, хотя никакой команды не было вовсе.

Кала положила свою широкополую шляпу у подножия Дуба и подняла сбитую птицу с земли. Перебитое камнем крыло кровило и висело на пальцах женщины. Вожак майн открыл глаза, тоскливо посмотрел на человека, державшего его ослабшее тело, и снова закрыл их, смирившись со своей участью. Стая майн, рассерженная за вожака, перестала уворачиваться от летящих в них камней и начала нападать на мальчишек, стараясь клюнуть их в голову.

И те от страха с визгом разбегались в разные стороны. Потеря вожака для афганских скворцов не была причиной отказа от дерева. Напротив, они стали ещё агрессивнее шуметь, верещать, хлопать крыльями, пугая этим шумом замеревших от страха коротышей. Но детвора, увидев бабушку Амира у дуба, не решилась больше подходить к дереву, боясь, что она станет кричать на них и ругаться.

– Шляпа! – вскрикнула Раяна, узнав шляпу бабушки Амира, но она не договорила.