Аптека для нелюдей

– Отвезите меня на Ивовую улицу, пожалуйста! – попросила Полли, хватаясь за упряжь. Лошадь недовольно фыркнула, не иначе как почувствовав в ней лисью сущность.

Кучер такой чуткостью не отличался, но на просьбу покачал головой.

– Сожалею, мисс. Мне заплатили, чтобы я дождался и никуда не уезжал.

– А долго ждать?

– Господин предупредил, что за полчаса управится.

– Полчаса? Но мне очень срочно! Давайте вы меня быстренько отвезете и вернетесь? Заплачу двойную цену! – Полли состроила умоляющие глазки, но то ли кучер оказался непрошибаемым, то ли заспанное лицо лисички с утра потеряло волшебную привлекательность.

А может, мужчина просто не хотел рисковать. – Хорошо. Тогда я сама договорюсь.

Полли оглянулась на дом, отпустила упряжь и решительно направилась к калитке. Других кебов поблизости не наблюдалось. Вряд ли Далин откажется уступить ей экипаж, он показался настоящим джентльменом.

У калитки висел колокольчик, и девушка несколько раз дернула за него, надеясь, что ее услышат.

Увы, в ответ раздался только скулеж соседского пса. То ли звонок не работал, то ли хозяин и гость слишком увлеклись разговором.

Поколебавшись, лисица толкнула калитку и зашла, но тут же услышала глухой удар и звон металла о камень. По дорожке, раззявив пасть и громыхая оборванной цепью, несся огромный черный пес. Испугаться она не успела.

– Найтан, место! – грозно прозвучало за дверью, а затем та распахнулась и на пороге появился рассерженный Тмор. Некромант вытянул руку перед собой, словно собирался схватиться за невидимый ошейник, но, увидев, к кому бросился пес, замер в нелепой позе.

Полли тоже потеряла дар речи. А после не смогла говорить, даже если бы захотела – черный мастиф, едва не сбив с ног, с радостным лаем облизывал ее лицо.

– Найт? – Полли уставилась на пса, которого помнила щенком. Как он мог вырасти в такую зверюгу? Серьезно, когда они с Тмором расстались, мастиф не доставал ей и до колена! А сейчас и вовсе ничем не напоминал крохотного избитого щенка, подобранного на кладбище.

Неизменными остались разве что ореховые глаза, так похожие по цвету на глаза его хозяина.

Черные псы считались спутниками нелюдей, поэтому от них старались избавляться. Обычно милосердно топили или душили сразу после рождения. Найту «повезло» больше – вдоволь наигравшись, мучители отрезали щенку половину хвоста, а шерсть сбрили, вырезав на воспаленной коже символы смерти. В таком виде подвесили его на дерево.