Путешествие в Драконьи горы

Так что таинственный ореол вокруг него не развеялся, а слухи обрастали новыми подробностями.

Эти подробности и рассказывала Луша, попутно смазывая на подруге взбухшие полосы от вицы. Яда лежала на кровати с приспущенными штанами и задранной рубахой и стонала, стараясь не завыть в голос. Запах мёда, входящего в состав мази, опротивел, но даже на третий день после порки спина и то, что пониже, горели огнём. Досталось ей за дело: она и Милеш собрались поохотиться на виверну, об этом узнали родители и поймали самоуверенную молодёжь за частоколом.

Там же наломали веток для розог, не посмотрели, что детишки выросли.

Давно Яде не доставалось. Она-то считала себя взрослой, но мать думала иначе – не погнушалась высечь в двадцать лет. А что обиднее всего, ещё и запретила идти на праздник Осени. Оставалось наблюдать, как наряжается туда подружка, и не сильно охать, садясь на лавку.

Впрочем, любви Луши к нарядам Яда не разделяла. Ей нравилось ходить в дозор с отцом, возглавлявшим отряд, а в дозорах платья с широкими рукавами и красивой вышивкой долго не жили.

Отец, Ивар Зоркий, как его прозывали на службе, был сотником, заслужил на Заставе уважение и почёт, но на покой, несмотря на седые виски, уходить не собирался. Старший сын пошёл по его стопам, поступив на королевскую службу, а Яде оставалось только завистливо вздыхать да напрашиваться на совместные вылазки.

Обидно было пропустить не столько сам праздник, сколько состязания по стрельбе. Яда участвовала в них не первый год и в этот раз мечтала выиграть.

Она столько тренировалась, стреляя по мишеням до стёртых в кровь пальцев! Неужели зазря?

– Как думаешь, Змар придёт на праздник? – спросила Луша, убирая мазь из пчелиного воска до следующего раза. В том, что он наступит, она не сомневалась: Яда тихо-мирно сидеть дома не умела. – Мама мне новое платье пошила. Понравлюсь ему?

Она покружилась по комнате, словно по бальному залу. Алая юбка колоколом поднялась вокруг стройных ножек, на запястьях зазвенели медные браслеты.

Настоящая красавица! Такой не в гарнизоне сидеть, а на балах отплясывать! Злые языки поговаривали, что мать Луши прижила её от барона Ворона, но вслух этого никто не произносил.

– Вот бы пришёл!

– Да что ты в нём нашла? Самый обычный парень. – Яда закатила глаза, которой разговоры о новичке на Заставе за первую седмицу опротивели. Был бы воин ещё, другое дело. А так непонятно, чего от него ждать – уж вряд ли хорошего. – Самомнение так и прёт.

– Злая ты.