Неудачная дача

Стёпа стушевался, зачем-то спрятал руки под стол и замолчал так плотно, будто воды в рот набрал.

Викентий Самсонович разлил вино по бокалам и сказал тост:

– С приездом, Алечка! Желаю тебе хорошо провести каникулы, набраться здоровья и сил, чтобы осенью приступить к работе и стать лучшей по профессии!

– Спасибо, – пискнула я. – Постараюсь…

Я своё вино только пригубила, как учила бабушка. Викентий же выпил до дна и потянулся за закуской:

– С чем сегодня пирожки, Оленька?

– С капустой, Викеша, как ты любишь!

– О-о, уважила старика! – обрадовался он и взял сразу два пирожка.

Объяснил: – Я по дороге сюда Валеру встретил, Лидочкиного управляющего. Он заинтересовался нашим музыкальным вечером, поэтому вполне может заглянуть на огонёк. Аппетит у него отменный, так что вот эта гора пирожков – это ему развлечение минут на десять, не больше.

Бабушка понимающе кивнула и положила ему на тарелку ещё один пирожок, третий по счёту.

– Чей управляющий? – переспросила я.

– Лидочкин. Лида – это моя сестра, – пояснил Викентий Самсонович. – Она не так давно овдовела. Муж оставил ей в наследство разнообразные промышленные предприятия, которыми надо управлять. А Лида в бизнесе совсем ничего не понимает. Всеми делами заправляет Валера Прохоров. Он у них вроде как член семьи теперь.

– И все эти люди живут здесь? Не только вы, но и ваша сестра, и даже её управляющий? Где же они живут? В вашем доме, что ли?

– Нет, в другом.

Помнишь, Аля, бородатого старика Ивана Павловича? Всё писателя из себя мнил…

– Почему же «мнил»? – вступилась я за Ивана Павловича. – Он же был настоящим писателем! В молодости, конечно… Его книжки когда-то издавались стотысячными тиражами!

– Вот-вот, и на свои гонорары баснословные он себе дачу выстроил аж двухэтажную! – подключилась бабушка. – Ему одному это разрешили, а простым смертным нельзя было о втором этаже даже и мечтать!

Викентий Самсонович махнул рукой:

– Ну, это когда было… А в последние годы его уже нигде не печатали.

Он ведь умел писать только о Ленине, о Родине, о партии, а кому это сейчас надо?

Я пожала плечами:

– Вы это к чему, дядя Викентий?

– А к тому, что преставился наш достопочтенный Иван Павлович, мир праху его, а дачу эту сестрица моя купила, чтобы, значит, ко мне поближе обретаться, но не слишком надоедать.