Дьявол – это женщина

Я надеюсь, он тоже против Данилова?

– Да нет, он так, вообще… – Лёша сделал рукой изящный жест. – Я же говорил, о судьбах Родины размышляет. А Лорка ему в размышлениях подсобит. Если не обманет, конечно.

– Слушай, а чего это она так рьяно за работу хватается? Да ещё и не за свою…

– Планы у неё. Честолюбивые. Хочет освоить профессию ответственного секретаря.

– Тебя, что ли, подсиживает?

– Надеюсь, нет. Может, в другое издание подастся, – уже с профессией в руках.

– А что так?

– Мы вот привыкли считать её как бы дурочкой, а она не так проста! Кое-что всё-таки соображает.

Понимает, что в журналистике звёзд с неба не хватает, «золотым пером», гордостью нашей ей не быть. А в таком случае лучше оставаться «над схваткой», макетировать полосы, просто брать готовые материалы и растыкивать их покрасивше. Как это делаю я.

– А тебя она бёдрышком из гнезда не выбросит?

– Что ты! – засмеялся Алексей. – Молода ишшо! Да и Андрей Михайлович не позволит.

Он-то ей цену лучше всех знает!

Да, это точно. Молодую поросль наш главный всегда стращает коронной фразой: «Меня не проведёшь! Я трупный запах дохлых материалов за версту чую. Бездарей на порог не пущу!» А Лорка как раз бездарь и есть.

Лариска попала к нам во время болезни шефа. Он у нас сердечник, если уж попадает в больницу, то держат его там врачи по максимуму. А чего не лечиться? Газета уверенно держится на сильных Лёшкиных плечах, да и Чан Кайши, хоть и не особо любим сотрудниками, всё же дело своё знает неплохо.

Шеф, выйдя из больницы, сразу разглядел Лоркину бесперспективность, но поздно: она уже была в штате. Он не стал настаивать на её немедленном увольнении, решил дать ей шанс: авось поднатореет, распишется, войдёт во вкус. Но чем больше она старалась, тем хуже у неё получалось. И теперь её основная работа заключалась в придумывании текстовок к фотографиям и в телефонных переговорах с особо рьяными гражданами, которые желали в каждом номере видеть разгромные статьи о начальнике своего ЖЭКа, об участковом милиционере, который, хоть и не был уличён, но скорее всего взяточник, и о том, что верховная власть прогнила до самых корней, поэтому пора снова делать революцию, и вообще, Сталина на них нет, а заодно и на нас!

Люди, звонившие в редакцию, были совершенно особым контингентом: большей частью – пенсионеры, часто – с расстроенной психикой.