Дарэт Ветродув. Том 1. Орден ликвидаторов

– Я же говорил вам, что это испытание слишком опасно, но вы не слушали меня мой великий мастер! Немедленно, все покиньте комнату! Я должен остаться с ним наедине, – Лоран метался меж стеллажей в поисках нужных трав. Он выкатил из угла большой котел и повесил его в камине, после чего схватил посох и второпях произнес:

– Ол~ферар! (Гори!) – пламя тут же объяло поленья.

Дарэт лежал на боку. Его бил озноб и он бредил. Крупные капли пота, вперемешку с кровью выступали по всему телу. Рана на плече оказалась серьезной.

Он не чувствовал боли и не терял кровь, пока зелье работало, но оно было слабым и не могло помочь. Лорану пришлось напоить его сильными эликсирами, чтобы остановить кровотечение.

Когда отвар был готов, учитель осторожно обработал раны. Вначале он взял шелковую нить и иглу, чтобы заштопать своего несчастного ученика. Пришлось серьезно повозиться с разорванными тканями. После он нанес лечебную мазь и сделал перевязку. Целую неделю мастер магии колдовал над ним, чтобы волокна с жилами срослись правильно.

В тот период к Дарэту часто приходил Ким и рассказывал всевозможные увлекательные истории. Правда, Лоран не позволял ему долго задерживаться у больного. Он за этим строго следил. Несколько раз приходил и Гелеос. Мастер пытался извиниться за столь трудное задание и обещал все лавры и почет по выздоровлению ученика. Он возлагал большие надежды на парня и свято верил, что тот принесет всем благо. Так Ветродув обрел настоящую семью. Здесь он был дорог всем и все были дороги ему. Серый Шорох.

Отдельно хотелось бы сказать, что магия не могла исцелять ранения по первой прихоти волшебника. Это был длительный, кропотливый и трудный процесс. Для его ускорения и были придуманы эликсиры. Чтобы заживлять ранения только одной магией, нужно было знать строение организма до мельчайших его частичек (клеток), а такими знаниями в Пределе не обладал никто. Да и само лечение без лекарств занимало бы длительное время. Только Создатель был способен на такую магию. Другие применяли зелья.

Дарэт в то время предпочитал тишину и покой. Долгими мерами он размышлял о произошедшем. С одной стороны он был рад, что прошел испытание, но какой ценой?

– И как только в книгах герои переживают все тяжести своей героической жизни? Должно быть только в сказках они не чувствуют боли и увечий. В жизни же все по-другому. Я ведь мог погибнуть, – рассуждал сам с собой Ветродув. Острая боль в спине в очередной раз прервала его терзающие мысли.