Дарэт Ветродув. Том 2. Противостояние

Каждый из нас желал могущества, и повелитель огня не мог упустить из рук такое сборище волшебников. Он предложил нам великую силу в обмен на наши души… и мы согласились. Наверное, это была самая большая ошибка за всю историю существования ордена. Он обманул нас и дал всего пятнадцать лет жизни. Но мы нашли выход и заблокировали его влияние на нас, начертав на ладонях божественный знак андаум поверх иссфаума, но чтобы Моркогдон не догадался, мы изобразили его в виде шестилистника.

– На моей ладони после заклятий проявляется знак Иссфера. Что это значит?

– Во время колдовства ты и видишь иссфаум, потому что когда Моркогдон дал нам силу, то вплавил наши посохи нам в руки в виде знака своего царства. У него есть такие же, причем на обеих руках. Лик Моркогдона настолько ужасен, что некоторые из круга поседели после получения силы. Следующие девяносто лет своей жизни мы посвятили борьбе с коварным агнийцем. Некоторые уходили из жизни раньше, а некоторые позже, но половина из нас смогла избежать расплаты и остаться здесь.

Другие же четыре псиланта превратились в мятежных духов, и сгинули в огненном царстве навеки: Рапирус Клятчето, Вилиус Бурус, Крисминас Вельчетэ и Румиль Голгаро – вечная память нашим братьям. Ты должен знать имена, ибо ты новый девятый псилант и возродитель ордена. Я Ганимед Эланринский. Рядом со мной Каренус Плустиус и Граний Вальстэро. Корнара Магнэлиуса ты уже знаешь, ибо он в тебе. Это и есть Круг Восьмерых. Среди нас большинство бриариев, в том числе и Корнар, но было и пару лиморцев.

– Я понял, что Корнар бриарий, сегодня, когда увидел его в зеркале Правды. По призрачному силуэту трудно определить принадлежность к расе.

– Ты мог бы понять это по его фамилии. Магнэлиус – бриарийская фамилия. Разве в вашем ордене не помнят, что основателем был бриарий?

– Время стирает все. В том числе и воспоминания, – устало отвечал Ветродув.

– Это не удивительно. Корнар пытался скрыться от нас и от Моркогдона, чтобы жить самостоятельно. Я знаю точно, что он изменил цвет волос на темный, дабы смешаться с лиморцами, а губы осветлил до бледного. В вашем ордене о таком не расскажут.

Дарэт не переставал восхищаться познаниями Ганимеда. Он мог рассказывать бесконечно, а его смиренные братья Каренус и Граний, стояли молча, не смея перебивать.