Шкатулка царицы Клеопатры

В доме у леса, что арендовали на лето странные, по определению Дениса, приезжие, новая хозяйка с экзотическим именем в паспорте Аурелия Канинг также подводила итоги по своим первым впечатлениям о местном населении:

– Контингент здесь, прямо скажем, не ахти: пенсионеры, дети да несколько озабоченных посадками «землекопов», – вполголоса по-русски произнесла она, обращаясь то ли к себе самой, то ли к своим слугам Кларку и Георгию, изображающим на публике её дальних родственников. – Мне даже жалко тратить на них мою магию.

Но на ком-то ведь надо тренироваться?

Женщина в раздумье прошлась по комнате. С тех пор, как она тут заселилась, внутреннее убранство дачного дома претерпело значительные изменения в соответствии с её вкусом: никаких вязанных крючком половиков или разнокалиберной посуды советских времён, ничего вызывающе дешёвого и простого. Только дорогие вещи, подчёркивающие благородное происхождение своей хозяйки.

Все окна первого этажа Аурелия приказала зашторить изнутри чёрной непроницаемой тканью.

И пусть дом был полностью электрифицирован и ничто не мешало зажечь свет, женщина отдавала предпочтение исключительно живому огню от множества свечей, расставленных её слугами по периметру комнат.

Беспрекословно исполняя волю своей госпожи, Кларк и Георгий задрапировали дачную мебель тёмно-синей парчой с узорами, вышитыми золотыми нитями. Бережно достали из привезённой с собой коробки фарфор и столовые принадлежности из серебра.

Почтительно закрепили на стене полотнище с изображением герба одного из древнейших родов Англии. Герба рода ВарЕнн, к которому Аурелия относилась с большим трепетом и благоговением.

И хотя генеалогия отрицает принадлежность их госпожи к наследникам английского дворянского рода, но раз Аурелия лично утверждает о порочной связи её бабушки и одного из представителей семейства Варенн, в результате которой родилась её мать – также потомственная ведьма и долгожительница, значит, и она имеет право причислять себя к носителям столь древней фамилии.

Право, ничуть не меньшее, чем некоторые современные дамы в Европе именуют себя графинями, герцогинями и принцессами.

– Да, почему бы и не здесь? – продолжила женщина мысль, обращаясь к слугам. – Мне до ужаса надоели перелёты из одной страны в другую, эти подозрительные взгляды таможенников и полицейских, эти прилипчивые служащие гостиниц, которые суют свой нос в чужие дела.