Шкатулка царицы Клеопатры

И если вы нравитесь друг другу, почему бы вам не пожениться?

Отец юноши неловко засмеялся:

– Так-так! Ты что же это, Денис, хочешь женить отца? Вот что значит – парню стукнуло восемнадцать. Совсем взрослый стал!

– Па-ап! Причём здесь мои восемнадцать? Я серьёзно.

– Извини, – отец перестал ёрзать, замолчал почти на минуту и, наконец, ответил: – Мы собираемся сыграть свадьбу в ноябре. И ремонт в её квартире к осени закончим, и огородный сезон не будет отвлекать. У неё ведь тоже дача есть, куча посадок.

А тебя стеснять она не хочет… Я очень рад, сын, что ты не против тёти Лены. Признаться, я не знал, как тебе сообщить.

– Что тут не знать? Как есть, так и говори. Я теперь взрослый, – Денис скрыл от отца своё разочарование. – Ладно, ешь! Я отвлёк тебя болтовнёй. Ты удивительно вкусно готовишь!

Юноша сосредоточился на еде, не желая больше обсуждать тему взаимоотношений отца с малознакомой ему тётей Леной. Подозрения Дениса подтвердились. Понятны теперь оправдания: «приеду попозже, уеду пораньше».

И это часто проскальзывающее в речи: «твой дом, твоя дача, Денис».

«Отец, очевидно, уже давно живёт не только одной работой. У него есть своя жизнь: любимая женщина, её квартира, дача, интересы. А я своими просьбами чаще приезжать лишь связываю отца по рукам и ногам. Я для него тяжёлый якорь, привязанный к шее. И отцепить нельзя, и взлететь с ним, как ни старайся, не взлетишь».

Обед закончился. Геннадий Фёдорович пошёл на огород. Денис же, сославшись на то, что привык в это время читать, поднялся к себе в комнату.

На душе его было очень горько. Взяв с полки первую попавшуюся книгу, он подъехал к окну, отдёрнул шторы и распахнул оконные рамы, бухнул книгу на подоконник и уставился в неё ничего не видящим от слёз взглядом. Одиночество – это крест, который ему придётся нести до конца своих дней.

Юноша был благодарен отцу за его отношение, за его помощь и сердечность. За то, что он делает максимум, чтобы Денис не чувствовал себя обделённым и ненужным.

Все эти восемь лет отец был рядом, выхаживал его, поддерживал, помогал. И, наверняка, жертвовал очень многим, за что ему огромное сыновнее спасибо. Только вечно так продолжаться не могло.

«У всех есть своя жизнь, свои планы, свой круг близких. Пора бы отцу и о себе подумать. Быть может, тётя Лена – это та женщина, которая ему действительно нужна, и отец будет счастлив с ней в браке. Конечно, предстоящее бракосочетание – не повод забывать о родном сыне.