И нет тебя дороже

Дескать, и не надейся, без очереди не пропустим.

И тут облом. В другой раз она нашла бы предлог пробраться в кабинет. В конце концов, позвонила бы Лёне по мобильному, хотя он и не любит страшно, когда она делает это в часы приема. Но тут вдруг почувствовала, что просто не в силах еще что-то предпринимать. Какая-то апатия вдруг охватила. Как будто у нее внезапно кончился запас сил. Очень устала и голодна, как черт. Ну да, время обеда, надо бы подкрепиться. Денег в обрез, поэтому, как ни крути, обедать придется ехать домой.

Развернувшись, направилась к лифту. Еще мгновение и она вошла бы в кабину и уехала бы, несолоно хлебавши, но тут позади раздался знакомый голос. Она слабо улыбнулась – есть Бог на свете. Оглянулась.

Лёня, в белом халате и в шапочке.

– Ты ко мне? А почему не зашла?

Он еще и удивляется!

– Зайдешь к тебе, когда такая очередь.

– Сегодня большой прием, – кивнул он с озабоченным выражением лица. – Тут еще в урологию вызывают на консультацию. Какой-то сложный случай. А ты здесь как оказалась… по делу?

– Мимо проходила, – усмехнулась Вероника.

 – Дай, думаю, к доктору зайду, помощь нужна.

– Что-то случилось? Надеюсь, ничего серьезного?

Настороженный взгляд. В голосе неподдельная тревога. Сказать ему или не говорить? Скажу, решила. Нужно же с кем-то поделиться… может быть, станет легче. Но в этот момент дверь одного из кабинетов открылась и по коридору в их сторону засеменила полная женщина в белом халате с бумагами в руках. Лицо у Лёни мгновенно изменилось, стало деловитым, даже его фигура вдруг приобрела какой-то официальный вид.

– Значит, не забудьте сдать анализы, – произнес он «докторским» тоном. – Придете в пятницу. В пятницу я работаю до обеда.

Не обратив на них никакого внимания, тетка в халате прошлепала мимо и скрылась в кабине лифта. Стоило так стараться! Веронике стало как-то неловко за Лёню, стало неприятно. Для кого вся эта комедия? Вероника поняла, что ничего ему не скажет. Зачем? Он все равно ее не услышит. Да, он действительно внимательный.

И заботливый. Только не о ней он заботится. Он всегда – всегда – беспокоится только о себе. Все для себя и только для себя, любимого. Она для него вроде тайного десерта, которым очень хочется полакомиться и, в то же время, хочется остаться безнаказанным. Он не просто перестраховщик, он трус! Боится, что кто-то узнает о его похождениях. Боится слухов. Боится жены. Боится, что Вероника будет его шантажировать. Скажет, например, что беременна.

– Все в порядке.