Любовь советская, запретная и страшная

Они вместе прошли через двор, перешли дорогу и отправились к гаражам, которые были далеко за большим пустырем, на котором шла стройка неизвестно чего. Они шли по узкой тропинке, и постоянно касались друг друга, то рукой, то плечом и молчали.

Людка шла, глядя себе под ноги, думая о том, что надо как то объясниться, жить с таким грузом невыносимо. А еще о том, что именно сейчас можно потрогать Сашку за руку, погладить его по свежевыбритой щеке, а если набраться смелости, можно просто прижаться всем телом и почувствовать его тепло.

Но не может же она просто так взять его за руку. Не должна девушка так себя вести.

Они шли молча. И Сашка думал о том, почему эта красивая молоденькая девчонка согласилась идти с ним за картошкой. Туда километра полтора, оттуда столько же, да и в гараже нет ничего интересного. Что ей, заняться совсем нечем? А обратно он будет нести на плече полмешка картошки, и даже видеть ее не будет из за мешка. Ни ее полных ножек, ни ее вьющихся волос, ни горящих глаз.

Может взять ее за руку? Ничего же плохого в этом нет?

Сашка приостановился взял в свою крепкую руку узкую девичью ладошку и спросил:" Ты зачем пошла то со мной? Тут же не парк, а пустырь. Ничего не боишься? ". И тут Людмила неожиданно даже для себя, кинулась ему на шею, и зашептала:"Ничего не боюсь, делай со мной все, что хочешь, я согласна, я не могу без тебя жить! ". И он почувствовал, как горячие Людкины губы целуют его подбородок, щеки, рот.

Сашке было всего двадцать три года, тело среагировало моментально, а его губы ответили на Людкин поцелуй. Но он был женат, и однозначно был опытней, и еще он знал, чем все может закончится и для него, и для нее. Но губы не хотели прерывать поцелуй, а руки уже обследовали Людкино тело. Какая же она аппетитная! Полная грудь, мягкий животик, шикарные бедра, Господи, надо ее оттолкнуть!

И тут из травы вышли собачники. Семь человек с собаками крупных пород.

Сашка с Людкой сразу очнулись и продолжили свой путь. Собачники были знакомыми, поэтому пошутили над ними, над картошкой, за которой они шли, и над ползунихой, которая растет на пустыре. Шутили беззлобно, смеялись искренне и пошли дальше, выкрикивая клички своих собак.

Когда они ушли, Санька приобнял Людку и спросил:"Может домой вернешься? Ты же понимаешь, что я женат и то, что я тебя сейчас целовал, это неправильно?".