Витёныш и одноногая нимфа

Поэтому она до самой смерти не верила, что алкоголизм , это страшное дело.

В холодильнике стоял "Узбекистон", сладкий до приторности, но с градусами. Я взяла бутылку, стакан, и отправилась к телевизору. Как всегда днем показывали научно популярные фильмы. Я выпила стакашек, и старалась погрузиться в сюжет. Алкоголь конечно делал свое дело, но воспоминания прошедшего дня были очень мерзкими, поэтому мои мысли до сих пор находились там, на берегу, где совершенно посторонний мужчина старался лишить меня жизни через удушение.

Он был возбужден и зол, но это не давало ему право так себя вести.

Мой папа, царствие ему небесное, был очень интересным человеком. И по поведению, и по реакции на жизнь. Самое матершинное слово, которое я от него слышала, это "сучка". Он не переносил скандалов и истерик, поэтому если мама начинала, а она, наоборот это любила, папа просто уходил из дома. Возвращался он часа через три, когда был уверен, что мама перекипела. А о том, чтобы он меня шлепнул или закричал на меня, не было и речи.

Он всегда находил несколько слов, от которых меня накрывал стыд, и я хотела провалится сквозь землю от осознания своего поведения.

А тут на меня накинулся совершенно чужой мужчина. Накинулся со злостью, с каким то остервенением, как будто я лишила его самого дорогого в жизни. Ещё более меня удивляло то, что он сам припёрся за мной на берег, сам спровоцировал мою реакцию на свое поведение, и сам же озверел. Что это за субъект? Я тогда ещё ничего не понимала в людях, и в мужчинах, но внутренний голос намекал мне на то, что мужчина так делать не должен.

Видимо поэтому меня накрыло чувство отвращения и к ситуации , и к мужчине, и ко всему прошедшему дню.

Дождавшись момента, когда начнёт действовать алкоголь, я решила принять ванну, чтобы смыть с себя все воспоминания об этом дне. К этому времени я уже грела воду в ванной с помощью большого самодельного кипятильника, который соорудил для меня Толя-охотовед. Поэтому через сорок минут я засунула свое тельце в очень горячую воду и расслабилась, мечтая о том, что грязь сегодняшнего дня смоется не только с тела, но и из памяти.

Утро следующего дня, как всегда началось с прогулки. Воспоминания о вчерашнем дне меня больше не волновали. А больше всего меня сегодня радовало то, что я прямо с утра, случайно, у любимых собачников, добыла книгу Валентина Пикуля "Каторга". Я прямо представляла, как сейчас приду домой, налью себе кофе, сделаю огромный бутерброд, и буду читать, читать, читать.