Тормози, приехали! Русский менталитет на немецкой кухне

Создавал сложные ортопедические конструкции, изготавливал и чинил зубные протезы, то есть трудился для восстановления физического и морального здоровья беззубых пациентов. Доработался аж до шефа лаборатории при большой стоматологической клинике. В один прекрасный день ему надоело заглядывать в рот другим, слушать вечный скрип врачей с дипломами из-за медленной работы. Ханнес махнул рукой на высокооплачиваемую работу, переучился за государственный счет, перепрофилировался в помощника патологоанатома и занял место в лаборатории при морге.

Одну лабораторию сменил на другую.

Профиль, правда, поменялся разительно, как и результаты анализов. Ему в свое время пришлось принять словесный бой с коллегами, не желающими конкуренции. Конечно, кто поверит, что бывший зубной профессионал будет правильно обходиться с почившими в бозе, которым гигиена зубов до лампочки в прозекторской? Сомневающихся в его талантах Ханнес победил легко: в лабораторию, где полно холодильников с очень спокойными и молчаливыми клиентами, очередь на работу все же не стоит.

В морге пациенты вопросов не задают, мирно лежат на столах или в отдельных боксах, в дискуссии с лаборантом не вступают, пальцы при примерке протеза не откусывают, на цвет зубов не жалуются, в лицо не плюются. Поначалу это радует, но с годами приедается. Одно и то же: срез с печени, анализ рвотных масс, проверка на живые сперматозоиды, исследование оторванных конечностей и прочие прелести на праздник всех святых. Спустя несколько лет общение с молчаливыми пациентами мужу тоже надоело – слишком тихо, скучно и беззубо.

Запашок, признаться, тоже не озоновый – однозначно кладбищем пахнет. Да и окна морга вечерами не так весело и приветливо светятся, как на верхних этажах больницы. В палатах реанимации, конечно, тоже не новогодняя иллюминация, но намного приятней – душе и живому телу.

Ханнес причисляет себя к эстетам, то есть к поклонникам вкусной еды, красивых вещей, приятного общения. На работу он раньше одевался как на праздник – свежая рубашка с непременным галстуком или даже скромной бабочкой – по настроению.

Человек меняется, как и его отношение к себе. При работе в морге галстуки стали забываться в шкафу, бабочки порхали там же. На смену строгому костюму пришли джинсы, футболки и пуловер. Одежда качественная, но не торжественная, а свободная от ответственности.

Через десять лет работы в лаборатории при морге Ханнес недовольно вспомнил о своих давешних запросах и поморщился.