Лучше поздно, чем никогда

А потом набрался смелости , разулся и зашел в море. И это было счастье. Теплое море, яркое солнце, и рядом Ирка.

А потом они ехали семнадцать часов до Симферополя, а потом тряслись три часа на автобусе до Ялты. Квартирка была маленькая у автовокзала. Они занесли туда вещи и пошли гулять на набережную. Пили кофе, ели шашлык, смотрели на волны. Домой пришли к полуночи. Ирка жестко сказала:"Отвернись", и быстро, приняв душ запрыгнула под одеяло.

Сашка долго стоял под упругими струями и не знал, что делать.

Когда он вышел, Ирка ела вяленую хурму, запивала ее чаем и смотрела "Тайны следствия". Пришлось сделать себе бутерброд и сделать вид, что голоден. Хотя по настоящему Сашке хотелось только одного, залезть под одеяло к Ирке. Поэтому он доел бутерброд, помыл кружки за Иркой и за собой, и неожиданно для себя спросил у Ирки: "Пустишь на краешек?".

Ирка сгребла все подушки и подвинулась к стенке. А Саня достал две подушки из шкафа , медленно взбил их, лег рядом и что делать дальше не знал! Он видел Иркину бордовую рубашку на бретельках, видел, как торчали под тканью соски ее груди, но как обнять ее он не знал.

Но кто бы знал, как ему хотелось притянуть Ирку к себе, обнять, и захватить ее губы своими. Но как рискнуть, как решиться?

Он устроился на подушках, и тоже отыскал взглядом лицо Марии Сергеевны. Хотя какая Швецова? Плавки сейчас точно лопнут! Он и не знал, что в шестьдесят лет так бывает! И он же не знал, что делать в таких случаях в шестьдесят лет. Вот она Ирка, рядышком.

Не молодуха, не девочка, его ровесница. И в постель к себе пустила, и лежит тихо. Наверное от него ждет каких то действий. Ведь это он мужчина!

А он боялся. Сколько у него за всю жизнь было женщин? Три? Четыре? Общение с ними было кратким и малопродуктивным. Не было у него опыта в таких делах совсем. Но что то надо было делать. И Сашка потихоньку подсунул руку Ирке под голову, взял осторожно за подбородок и повернул к себе. Глаза. Иркины глаза. Там было разрешение. И Санька стал делать то, что умеет, целоваться.

Целовались они взахлеб и долго. Санька понимал, что сейчас будет произвольное семяизвержение, и это будет стыдно. А Ирка прошептала ему в ухо:"Иди сходи в душ, охолони маленько, а то все себе испортим".

Санька стоял в душе, и почти пел. Ирка оказалась спокойной и понимающей. Все, жар сбил, нетерпение тоже, а готовность осталась. Он, уже раздетый скользнул к Ирке под одеяло. И сразу уперся ей в ногу своим оружием.