Порно для маленьких

Спят, повиснув вниз головой, и умеют прятаться так удивительно, что люди их почти никогда не видят.

А для того, чтобы так прятаться от людей, надо людей неплохо знать и понимать.

И получается, что эти летучие мыши довольно умные.

Они хорошо знают, где границы человеческого мира, и стараются эти границы не нарушать.

Но у каждой из них мозг слишком маленький, чтобы понимать такие сложные вещи. Поэтому они живут стаями, и умеют создавать сеть, в которой мозг каждой особи соединен с другими, как мы соединяем компьютеры.

И так они получают довольно значительный операционный ресурс, и могут переработать много информации.

И знают о жизни не так мало, как нам кажется. Вполне возможно, что они понимают, как их воспринимает человек, по крайней мере, на уровне чувств. А может им самим человек кажется исключительно уродливым жутким существом. Вдобавок огромным. У них есть все основания прятаться.

Да, но какое отношение это имеет к Борису, и почему маму это так беспокоит?

Они дошли до университетской библиотеки.

Библиотека выглядела слегка ужасно. Штукатурка потрескалась, балюстрада и ступеньки раскрошились, из них торчала вышедшая наружу железная арматура. Как после землетрясения. Никого это особенно не смущало, студенты и преподаватели спокойно поднимались и спускались по ступенькам, курили на площадке, щурились от яркого солнца, оживленно что-то говорили, смеялись или внимательно кивали в ответ.

В двухтысячном году в Ростове-на-Дону люди привыкли к виду разрушения, оно воспринималось как норма.

Все это требовало ремонта еще до того, как началось «землетрясение». А оно началось в конце восьмидесятых, и, хотя земля в прямом смысле слова не тряслась, разрушения от этого меньше не стали.

Мальчику тогда было около восьми.

Раньше за зданием библиотеки был маленький скверик. Очень уютный именно потому, что отгорожен почти со всех сторон.

Там стояла прохлада в тени больших деревьев и заброшенный фонтан порос мхом. Потом на месте этого скверика построили большой жилой дом.

И правильно, наверное, хотя скверика и жаль.

Правильно, потому что в девяностые годы минувшего только что двадцатого века именно закрытость скверика от улицы, делавшая его раньше таким уютным, создала бы там зону страха. Там бы убивали, насиловали, торговали наркотиками и так далее. Там и проституцией можно было бы заниматься, если кирпичом разбить фонарь.

Но часть скверика со стороны улицы сохранилась. Мама присела на лавочку, достала сигареты.