Пылающая страстью румба

–Эти сорванцы действовали по наущенью этой дерезы!– не унималась Алоиза,– Она ко всем в доме враждебно настроена!

–Оставь в покое бедную сироту!– рявкнул на жену Ральф,– Луиза накажут после ужина.

Его жена села за стул и злобно высказывала свои соображения:

–Вы позволяете ей творить любые безобразия! Из неё вырастит не леди, а пират!

Зарон заявила:

–Я выдвигаю протест! Наказать надо меня. Это я испортила волосы Юноне.

Дядя глянул на неё с уважением.

–Ты раскаиваешься?– узнавал он.

–Нет.

Тётка закатила глаза и произнесла:

–Как приехала эта Зарон в доме стала отвратительная атмосфера.

Ральф махнул рукой:

–Волосы Юноны отрастут, зато она будет знать, что зло наказуемо. Луиз не получит наказания.

Аппетит у всех испортился, все вышли рано из-за стола.

Зарон перед сном разглядывала свою комнату на первом этаже. Новая мебель из кампешевого дерева, в Англии его называли сандал, издавала тонкий аромат. Постель заправлена тончайшим вышитым батистом.

Опуская классическую рожковую люстру из бронзы, Ральф говорил:

–Обойдутся европейцы без сандала, ты мне дороже.

Он задул свечи на люстре.

–Я приглашу служанку раздеть тебя,– сказал дядя.

–Не надо, папа. Буду раздеваться сама, как на корабле, когда мы плыли, я уже привыкла…Меня всегда раздевала мама, я не хочу, чтобы чужие руки дотронулись до меня, я тогда заплачу.

Плакал Ральф, обнимая девочку. Ребёнок оговорился, называя его отцом, или уже доверяет ему? Может, даже уже любит?

Он поцеловал её в щёку и сообщил:

–Там за подушкой лежит твоя фарфоровая кукла, она будет сторожить твой сон.

Ральф понимал, что постель – это островок безопасности. Но Зарон чувствует себя здесь пока чужой, уязвимой для неприятностей, и ей необходима надёжная защита в лице талисмана, кто берёг бы её сон и нёс успокоение.

–Если хочешь, я принесу тебе котёнка или щенка. Это самая надёжная защита от страхов.

–Я не боюсь,– уверенно сказала девочка,– Просто мне ещё иногда снятся больные чумой и пылающий Лондон.

Ральф ушёл.

Зарон лежала и смотрела на то, как небо становилось всё темнее. Краешек неба ещё светился отражением заката, но и это зарево меркло, становясь уже.

В окно кто-то постучал. Девочка, не испугавшись, подскочила к окну, распахнула его, и выглянула.

–Ты, правда, хочешь спать?– вопрошал у неё Мануэль.

–Ни капельки!

Луиз тоже был здесь. Он улыбался новой подруге.