Женихи со всей округи

Она, наконец, справилась со шнурками, вскочила, отпрянула, подхватила кувшин.

Рентон наступал.

Он хрипло басил:

–Хочу тебя немедленно! У меня даже в глазах темнеет от желания!

–Ага, сейчас сама лягу и ноги раздвину! Подходи, бери, кто хочет!– иронизировала Джоэн.

У девушки сдали нервы, она запустила кувшин в сеньора. Но тот увернулся! И в следующий миг напрыгнул на неё! Джоэн беспомощно взмахнула руками и повалилась на траву вместе с Нелвином. От пряного мужского аромата часто забилось сердце. Мужчина провёл указательным пальцем по её губам.

Это было щекотно… и возбуждающе. Оказывается, губы очень чувствительны. Далее правая рука барона стала огибать её руку и щупать грудь, и девушку взволновало поглаживание. Глава Нелвина молили о снисхождении к его желанию.

–Перестаньте смотреть на меня так, как будто я кусок пирога!– выдохнула девушка,– Отпустите меня.

Но из сладкого плена Джоэн выпускать не собирались. Рентон вдыхал аромат её волос, а губы дотянулись до её мочки уха и стали играть ею, то целуя, то кусая, то щекоча языком.

–Взываю к Вашей совести,– сипела она,– Чему-то же Вас родители учили!

–Ага…учили ни во что не ставить рабочий люд…

Девушка дотянулась до кувшина, схватила за ручку и обрушила на голову насильника. Тот сел. Она вскочила и отбежала.

С наигранным беспокойством поинтересовалась:

–-Не сильно больно?

–Непередаваемо хреново…– простонал Нелвин.

–Почёсывайте свой огурец в другом месте,– посоветовала драчунья и умчалась в дебри леса.

–Я тебе всё припомню,– пообещал барон.

Подозвал коня. Вскочил на скакуна и погнался за жертвой. Быстро догнал, схватил за воротник и рывком забросил поперёк седла.

С кляпом во рту, со связанными руками Джоэн завёз во двор своего замка барон Рентон. К сеньору подскочил оруженосец Алекс Кук.

Бабочка села Нелвину на место, где билось сердце.

–К чему это?– справился о примете у Алекса.

–К любви к беспутной девке,– хмыкнул оруженосец.

–Я и любовь – вещи несовместимые,– парировал барон.

К Рентону подскочила какая-то жалкая молоденькая крестьянка, спрашивала:

–Господин барон, Вы меня помните?

Тот категорично сквозь зубы процедил:

–Нет.

Алекс, смеясь, пояснял:

–В лицо Его Милость не узнаёт, тебе надо снять юбку. У него столько девок было, всех не упомнит.

Крестьянка сникла и пошла прочь.

Джоэн выплюнула кляп и зло иронизировала:

–Ветеран любовного фронта!

–Да, есть чем гордиться,– не отставал Нелвин.