Враждебные сущности

Копрег пустил в ход дворцовую изворотливость:

–В этом доме очень хорошо прячут вежливость и гостеприимство. Ни тебе: «Ваша Светлость», ни корочки хлеба прохожему…Да я заплачу за обед!

Патрик Скобелл разволновался, как бы ни было худа, и распахнул калитку, впуская дочь и приглашая герцога:

–Милости просим, гость. Отведайте, что Бог послал.

Ведьма, спохватившись, тоже пригласила, коверкая его звание:

–Проходите, дорогой гость, лорд-управленец.

Зашли в дом. Под ногами сновали кошки и собаки.

Отец заворчал:

–Полный дом зверья, будто мы дворяне какие! Всё Гуорчь натаскала!

Чиновник уточнил у девушки:

–Вас Гуорчь зовут?

Патрик отвечал за дочь:

–Я дал ей редкое имя. С рождения знал: она необыкновенная.

У стола суетилась пожилая женщина и похожая на Гуорчь девушка постарше, но с чёрными волосами.

Коты и собаки уселись к печке и выжидали, голодным взглядом поглядывая на мельтешения хозяев.

Ведьма спросила сестру:

–Генриетта, твоя дочь Зила и муж Альбер где?

Та отвечала:

–На рынок их с утра отправили, продают раннюю зелень.

–Понятно,– кивнула младшая сестра.

Гость сел за стол, выпытывал у ведьмы:

–А вот ты хвасталась, что тебе доступна магия, а людям – нет. Себя к числу людей не причисляешь?

–Чудеса кажутся людям жуткими, пока не понятны их действия. А тут просто сила Луны, сила воли, желание понять непознанное. И…я не знаю: человек ли я или меня в детстве перепутали с ребёнком феи…Отец так говорит, как напьётся.

Герцог извлёк флягу с элитным спиртным и налил Патрику в кружку до краёв, пытливо выжидая рассказ.

Старик радостно сглотнул содержимое кружки, и, глядя на стол, печально изложил:

–Всегда подозревал, что Гуорчь не моя дочь.

–Бабка нагуляла?– услужливо подсказал Копрег.

Жена Патрика уронила свою глиняную кружку на пол. Та разлетелась на мелкие осколки.

Глава семьи поднял глаза и таинственно зашептал:

–Я хоть гончар, но позвали меня феи омыть покойницу.

Она кормилицей у феи Далии была, феи её украли, чтоб та вскормила их волшебную дочь. Да, думаю, феи не просто человека украли, а ведьму…А кормилица та была невероятной красоты…ну и согрешил я, демоны, видать попутали…А ночью бабка моя пристала…ну и родилась эта вот красота неземная Гуорчь, похожая незнакомо на кого…да только я знаю: лицом она, как та женщина…Видимо, душа ведьмы как-то перебралась в новорождённую.