Светлая полоса

Она не выдержала первая и повернулась к нему:

– Тебе кажется, что я не скажу тебе ничего нового или полезного? Как твоя мама? Это отношение к женщинам вообще или только нам с ней так повезло, выглядеть в твоих глазах полными дурами?

– Какая разница, как ты выглядишь в чьих-то глазах?

– Не уходи от ответа! Ты сам отлично знаешь, что разница есть! Тебе, к примеру, совсем не безразлично, что другие считают тебя талантливым и ловят каждое твое слово. Я видела, как ты блаженствовал, когда все слушали твое выступление в группе.

– Глупости, – равнодушно ответил он, сохраняя полуулыбку Будды на губах. – Тогда я был доволен тем, что мы, наконец-то вышли на предметный разговор без всякой там морально-этической подоплеки. Одно дело обсуждать что-то предметно, владея фактами. Да, это интересно и захватывает. Другое – делать глубокомысленные выводы о справедливости мироустройства, основываясь только на собственных представлениях об этой самой справедливости. Знаешь, это похоже на «сумасшедшее пианино», если ты понимаешь, о чем я.

Алекс ожидал, что она начнет спорить. Но вдруг прочел на ее лице жалость и нерешительность. В голову ударила жаркая волна гнева.

– Кажется, я не очень-то похож на героя – разрушителя, да, Рит? Мы тут немного на разных позициях, – голос Алекса зазвенел, а улыбка Будды слетела с губ, как неаккуратно приклеенные бутафорские усы. – Ты – остаешься, для тебя Система справедлива, удобна и перспективна, кстати! А я рискую завтра навсегда потеряться среди тупиц и бандитов. Рита, пойми, я теряю свою семью, какие-либо жизненные перспективы, тебя, все, что до сих пор меня грело, все, что я люблю! А самое абсурдное, что это происходит из-за того, что 40 лет назад мой дед решил поиграть в бога и воплотить в жизнь свое представление о справедливости и пользе! Демиург, хренов, доигрался! Из всей нашей семьи в Системе останутся только мама и бабушка, одни – одинешеньки.

Все мужчины в нашем роду оказались с каким-то дефектом, и Система отказывается от нас. Отец, брат, даже сам дед, который просто исчез и ничего о нем теперь неизвестно. Я – последний еще не в Хаосе. Но это всего лишь до завтра!

Глаза Риты наполнились слезами, она подошла к нему, приподнялась на цыпочки, опираясь на его плечи и нежно убрала непослушный вихор с его лба.

– Ох, Алекс, какие же у тебя синие глаза. В них можно утонуть, – мечтательно проворковала она, приближая к нему свое лицо.

Но Алекс уже не мог остановиться и насладиться тем, что дается ему прямо сейчас.