В поисках голубой сиамки

Так и случилось мне стать ее хозяином. Я сшил ей мышку из старого меха норки, поиграл с ней пару разочков, и она уже не отходила от меня. «Да, и пусть будет моей, раз так вышло, – решил я, – человеку же надо хоть о ком-нибудь заботиться».

Медленно, по-черепашьи, заканчивался учебный год. А небо уже дышало зноем, и хотелось быстренько в деревню, на Амур, головой в залив! Отец уезжал туда в отпуск чуть раньше меня и предложил:

– Михаил, возьму-ка я твоего усатого чертенка с собой в деревню? Побудет всего пару неделек без тебя.

Что за кошек трястись, сынок? Кошачья мать еще не перевелась.

Я согласился, но сразу же был уверен в том, что ее украдут, ведь в деревне сиамка – в диковинку.

Спускаясь по тропинке к своему деревенскому дому, как ни странно, я уже заглядывал по пути во все дворы, поленницы и дырки ветхих заборов.

– Украли, украли! – мучили меня подозрения.

Наша деревенская усадьба почти не отличалась от других: старенький бревенчатый дом, покосившийся сарай, маленькая банька в конце огромного огорода да небольшой тенистый сад.

«Это наше гнездо», – как говорит мама. Оно нас подкармливает и спасает от всех невзгод. Здесь, на берегу могучего Амура, для нас всегда живет солнечное лето с голубыми дождями, зелеными ветрами и сногсшибательной свободой! Ведь бываем мы в своей родной деревне только на летних каникулах.

– Пап! А где мой кошак? В саду охотится на птичек? – закричал я, едва втиснувшись с рюкзаком через скрипучую калитку;

– Сразу же пропала, сынок.

Не расстраивайся! Кошачья мать еще не перевелась. Ну, что приуныл?

– Стремно как-то сразу стало. Я ей мышку привез, – пробормотал я;

– Здесь живых хватает. Поешь с дороги, и хватит о кошке, – работы полно! Уже строже сказал отец;

– Деревенским не отдам, – у них свои голодные! Найдем! Лёха мне поможет! Все обыщем! – выпалил я и, хлопнув калиткой, отправился прямиком к деревенскому братцу.

Я чувствовал себя предателем, и мне казалось, что моя голубая сиамочка ходит уже грязная, голодная и подранная собаками.

Деревня же обеднела. Кошки всех птиц поели, скоро воробья-то не увидишь.

– Найдем, сейчас же! О, Лёша, он такой… поможет, – уверенно рассуждал я.

Деревенские уже вовсю купались в заливе, слышались их веселые голоса. Трещали моторки, скрежетали весла. Хотелось тоже туда, в прохладу! Лето же, лето!

Лёша – мой деревенский братец, сильный, крепкий, повыше меня ростом и даже постарше.