Брюнетка в клетку

Седой джентльмен не удивился и не огорчился, а, набрав на аппарате местной связи короткий номер, что-то буркнул в трубку. Через минуту на пороге возник Ларисин дядя. Его монолог длился минут пятнадцать, заставив Ларису несколько по-иному взглянуть на ситуацию. То, что доверительно поведал ей дядя, меняло дело, и довольно серьезно. Перспективы были действительно головокружительные, и она согласилась.

Естественно, их разговор в присутствии «высшего руководства» был даже большей тайной, чем сам факт ее обучения в этом очень уж специальном заведении.

Произошедшее было столь необычно, тревожно и сурово, что несколько последующих лет ни ближайшие подруги, ни молодые люди, пытавшиеся ухаживать за эффектной черноволосой девочкой, так и не смогли выяснить, какие же науки она изучает и какие знания таятся в ее изящной головке.

А науки в Ларисином учебном заведении были как на подбор специфические, оттого и знания курсанты (обучающихся называли на военный манер) получали весьма и весьма интересные.

К двадцати годам Лариса уже свободно болтала на четырех языках (усовершенствовав уже имевшиеся, освоила еще французский и итальянский), уверенно ощущала себя в неженском мире холодного и огнестрельного оружия, метала ножи и прицельно стреляла с обеих рук, могла отстоять честь и достоинство в рукопашной схватке с парой-тройкой профессиональных головорезов и так далее и тому подобное.

Умение выживать, нейтрализовывать, освобождать, проникать в закрытые помещения и беспрепятственно покидать их, вести многочасовые переговоры с психопатами, оказывать себе и окружающим медицинскую помощь постепенно становилось ее профессиональными достоинствами.

Кроме того, ее обучили искусству дорого и модно одеваться, поддерживать светскую беседу на любые темы, танцевать все, от танго до фокстрота. Правда, умела она и нечто такое, о чем распространяться было совершенно невозможно, а в случае, если бы такая возможность фантастическим образом вдруг и появилась бы, – просто неприятно.

…Заканчивался последний, четвертый год обучения. Постепенно интенсивность занятий стала уменьшаться, а затем они просто сошли на нет: настала пора подготовки к выпускным экзаменам. Дальше – дипломы и распределения. Памятуя тот давний разговор с дядей по поводу своего дальнейшего продвижения, Лариса самым серьезным образом готовилась к преодолению последних рубежей, за которыми маячили блистательные карьерные высоты. И тут случилось непредвиденное.