Держи карман шире, или Нагие намерения

– Итак, – подвел итог Шургин, – диспозиция такова. Борис и Алекс нейтрализуют собаку, Клара стучится в дверь и отвлекает хозяев, а я тем временем обыскиваю дом.

– Но как я буду отвлекать хозяев? – заинтересовалась Клара, которую Власкин с Алексом вдвоем перебросили через забор, не проявив при этом ни капли уважения к ее полу.

– Придумайте какую-нибудь ерунду: что вы заблудились, что на вас напал сексуальный маньяк…

– Маньяк предпочтительнее, – тотчас решила она. – Это не оставит их равнодушными.

Заблудилась – совсем не то. Заблудилась – значит, дура. Могут послать подальше.

Очутившись по ту сторону забора среди тесно стоящих деревьев, они растянулись цепью и осторожно двинулись к дому. Два окна первого этажа сияли в темноте – свет лежал перед ними на траве двумя аккуратными лимонными ковриками. Шургину показалось, что в кустах возле крыльца блеснула гладкая черная туша, похожая на дельфиний бок.

– Черт побери! – воскликнул он шепотом. – Как вы собираетесь справиться с этой собачищей?!

– Коронный номер Алекса, – похвалился Власкин.

 – Победитель собачьих родео! Ни одна тварь под ним еще не устояла.

– Нет, Душкин точно псих, – сказала Клара в ухо Шургину. – Драться с собаками!

От нее пахло какими-то ужасно старомодными духами. Крохотные золотые серьги, качавшиеся в ушах, наверняка достались ей от матери или от бабки. Шургин подумал, что лет через тридцать из нее получится потрясающая старуха – умная, деловая и острая на язык.

Почему-то в сорок с гаком такие женщины не производят большого впечатления на мужчин и берут реванш, только когда обзаводятся морщинами и сединами. Сигарета была беспроигрышным дополнением к ее образу.

– Вы сумеете сыграть свою роль? – на всякий случай спросил он, и Клара в ответ презрительно хмыкнула.

– Лучше я, чем эти двое.

«Эти двое» тем временем договаривались о том, каким образом справиться с четвероногим сторожем.

– Разделимся на два отряда, – рассуждал Алекс.

 – Олег с Кларой пойдут влево, а мы с тобой вправо. Нет, лучше наоборот. Я взберусь на что-нибудь, да вот хотя бы на то дерево, которое перевешивается через забор, видишь? На ту ветку. И изготовлюсь. А ты начнешь дразнить собаку. Она нацелится на тебя, начнет лаять, тут я на нее и прыгну, сечешь?

Пока они разговаривали, упомянутая собака подошла к забору и стояла совершенно неподвижно, только приподняла верхнюю губу, чтобы показать свое оружие.