Двое на одну, или Рога в изобилии

Кейси ахнула:

– Лэрри, миленький, мне не хочется с ним встречаться.

– Тогда спрячься в другой комнате.

– Но оттуда я ничего не услышу! Лучше я спрячусь в ванной.

Лэрри затолкал ее чемодан в шкаф и в ответ на нетерпеливый звонок крикнул:

– Иду, иду!

Гарри Фарвел был красавчиком, знал это и держался так, будто за красоту ему полагались некие льготы.

– Я знаю, она у тебя, – с порога заявил он и нажал указательным пальцем на солнечное сплетение хозяина дома. – И хочу с ней поговорить.

– С чего ты решил, что она у меня? – Лэрри поправил очки и вместо того, чтобы расправить плечи, втянул живот.

– Потому что больше ее нигде нет! А ты давно положил на нее глаз!

Он оттолкнул Лэрри и, войдя в гостиную, огляделся по сторонам.

– Где она? В спальне?

– Ты совершаешь большую ошибку, – сказал Лэрри и загородил спиной дверь ванной комнаты.

– Ага! – воскликнул тот и оттолкнул его еще раз. Потом дернул за ручку, но дверь не поддалась.

– Не вздумай сломать замок, – предупредил Лэрри, надуваясь, как индюк.

– Хочу сказать, что люблю ее и прошу, чтобы она вернулась.

Дверь ванной комнаты тотчас же распахнулась, и разрумянившаяся Кейси громко сказала: – Я согласна!

– А-а! – крикнул Гарри и отшатнулся. – Это что, твое хобби? – раздраженно спросил он у Лэрри, придя в себя. – Подбирать брошенных мною женщин?

– Они сами подбираются, – пробормотал тот.

– В таком случае, где моя жена?

– Зачем она тебе, милый? – проворковала Кейси.

– Твоя жена умерла, – бесцветным голосом ответил Лэрри.

– Как удачно, – пробормотала Кейси, поправляя мизинцем помаду на губах.

Гарри сделал изумленное лицо и развел руки в стороны:

– Но я приехал за ней!

– Что?! – возмутилась Кейси. – Не за мной?

– Господи! – пробормотал Лэрри. – И я мечтал сделать эту женщину своей королевой!

– Не морочь мне голову! – рассердился Гарри. – Где Элис? Она нужна мне!

Он неожиданно побледнел, и Лэрри понял, что до него стало доходить.

– А вот ты ей больше не нужен.

– Что ты говоришь?! – Гарри отшатнулся.

– Мне очень жаль, – повторил Лэрри, бестрепетно глядя на него.

Гарри покачнулся, словно от толчка в спину, и прикусил губу.

«Он очень красивый, – подумал Лэрри. – Красивый и, конечно, ветреный, непостоянный. Как вино, играет в нем эгоистичное, почти противоестественное легкомыслие.