Летопись Филларии. Затмение трёх Лун

Он еще не поверил в то, что он настоящий маг, но был заранее против. Как и все приличные жители Филларии, он считал магов кем-то, вроде полезных обществу ведьм.

Маги ведь не совсем люди. Они близки к существам, а значит способны на любые пакости. Учитывая их силу, знакомство с ними было слишком опасным. Крилавин не хотел в этом признаваться, но если Дарк настоящий маг, то он пугает его до жути.

Дарк сидел на кровати Мали и направлял на Крилавина ответный взгляд. Он знал, что должен благодарить его за оказанную помощь, но этот пацан жутко раздражал.

В нем чувствовалось повышенное самомнение и желание всегда и во всем быть первым. В общем, судя по всему, в соседи ему достался тот еще засранец.

– Утром Мали готовит чай для всех нас, – мрачно оповести Крилавин, вместо пожелания доброго утра.

Да и «добрым» это утро не было. Из-за ночного вторжения незнакомца он совсем не выспался, а ведь ему надо было идти на практику. Если он опоздает хоть на минуту, мастер Тампус полдня будет возмущаться, что выбрал плохого помощника и грозиться взять другого – потрудолюбивее, когда закончится учебный год и появятся новые выпускники.

За лето Крилавин уже наслушался от него всякого рода недовольства и изо всех сил старался не давать ему шансов для их повторов.

Дарк кинул на Крилавина взгляд тяжелый, как кирпич.

– То, что я намагичу, не сможет готовить чай. Оно и физические не сможет контактировать с людьми.

– Почему? – удивился Крилавин. Он дотянулся до своей повседневной одежды, брошенной на сундуке, и принялся одеваться.

 – Я слышал, маги умеют оборачиваться кем угодно, сохраняя не только сходство с человеком, но и… – он замолчал, раздумывая над подходящим словом, и в то же время просовывая ноги в штанину. – Ну, делают плотность, как у человека. В общем, как у настоящего. А ты, кажется, не совсем настоящий маг, да?

Крилавин сам скривился от того, каким неуклюжим получилось объяснение, но он не выспался, и его мозги работали хуже, чем у курицы.

Дарк неодобрительно покачал головой, невольно вспомнив своего профессора по истории магии, который не выносил таких сумасбродных ответов.

Он трясся от гнева и размахивал указкой, как полоумный, наводя ужас на всех учеников и внушая острую неприязнь к своему предмету и самому себе.

Странно, но со временем Дарк начал замечать в себе такое же нетерпение и легкую полоумность с гаденьким оттенком эгоцентрической уверенности в том, что уж он-то выражается куда как грамотней.