Летопись Филларии. Затмение трёх Лун

 – Однажды, когда я была примерно твоего возраста, я ее видела. То, что она сказала, сбылось.

Крилавин резко осознал, что вообще-то птица и ему что-то говорила, а он, находясь под давящим грузом потрясения, забыл о самом главном.

– С-сбылось? – настороженно переспросил он. Чуть было не поник плечами, но быстро исправился и постарался их выпрямить, чтобы не казаться совсем уж слабаком: – Плохое?

Матушка отступила от него и села на аккуратный диванчик, накрытый узорчатым ярким покрывалом, делающим его похожим на клумбу с цветами.

В одно мгновение она поникла и, будто потемнела. Крилавин пожалел, что задал этот вопрос, но Ироя ответила.

– Плохое, – и шумно выдохнула. – Див наслал проклятие на мою семью. Твой дед – мой батюшка, повез товары в Северную столицу, а назад уже не вернулся.

Крилавин и Мали одновременно погрустнели, а вот Бакет только отмахнулся крупной ладонью.

– Глупости, Ироя! При чем тут проклятие? Твой батушка поехал Окраинным трактом среди зимы, да еще в разгар тройного Полнолуния.

Он стал легкой добычей для болтающихся там упырей, оборотней и еще огромной кучи проклятых существ.

– Если бы не Див, он бы доехал успешно, как и другие торговцы, – не сдавалась женщина. – Но мне не повезло встретиться с его проклятием.

– Твой батюшка вернулся, если бы подумал и поехал другим путем.

– Каким это? Объездной тракт зимой в метель засыпает так, что только к лету он просыхает и становится проходимым.

– Оленью тропу никогда не засыпает.

А еще в Северную столицу можно попасть по Древней гномьей дороге.

– Гномьей дороге?! Да ты бредишь! Если обычный человек пойдет по ней, то не сделает и двух шагов!

– Я по ней ходил дважды…

– Ох, мы сто раз слышали эту байку…

Крилавин понял, что родители увлеклись спором и забыли про него и предсказание, которое он получил. Посмотрев на сестру, он устало спросил:

– Поужинаем?

Пирога с бажьями не было. Сегодня матушка приготовила «Гуляющий» суп по-восточному.

Крилавин не любил это блюдо именно за его консистенцию, которой он славился. Густую, подвижную, словно кисель, который ожил и пытается сбежать из тарелки.

Крилавин посмотрел на суп без вдохновения, затем перевел взгляд на сестру.

Из общей комнаты доносились голоса родителей. Они продолжали спорить с не меньшим жаром, но тема их спора разворачивалась уже вокруг скудного ассортимента в магазинах Северного края.