Гарем покойников. Похождения соломенной вдовы

Разрыв с ней стоил ему не только больших денег, но и первых серебряных волос в шевелюре.

– И еще я пойду в милицию, – сообщила противная Софья. – Пусть они тоже меня охраняют.

– Иди, – согласился Глеб. – Только оставь пока открытку у меня, хорошо? Хочу немного подумать.

Сколько раз друзья говорили ему, что дорога в ад вымощена служебными романами! А он все никак не мог остановиться. Да и как устоять перед легкими победами?

В это время в дверь постучали, и на пороге возникла секретарша Стрелецкого Наташа Степанцова.

Она была красивой и непоправимо вредной. Женщины терпеть ее не могли. При своем гренадерском росте Наташа носила короткие и обтягивающие платья, за что получила кличку Страус.

– Глеб Николаевич! – протянула она, скроив недовольную физиономию. – У вас через пять минут совещание. Люди уже собираются.

– Да-да, – встрепенулся Глеб. – Я сейчас освобожусь.

Секретарша вышла, шарахнув дверью.

– Мымрища, – пробормотал Глеб. – Терпеть меня не может.

– Так уволь ее! – предложила Софья.

– Не могу. Мне ее спустили сверху, с самой «крыши».

– Тогда терпи. Так когда меня начнут охранять?

– Да хоть сегодня. При тебе будет мой Артем. Он лучший из лучших, можешь на него положиться.

Софье почудились в голосе Глеба нотки нетерпения, поэтому перед дверью она обернулась и небрежно сказала:

– Как ты думаешь, стоит рассказать следователю о твоей жене? Ну, о том, что она приходила ко мне и говорила гадости?

Глеб побледнел, но тут же взял себя в руки.

– Если это поднимет тебе настроение, то расскажи, – стараясь казаться безразличным, ответил он.

Оставшись один, Глеб снова упал в кресло и сжал руками виски. Нет, положительно, с женщинами очень сложно! Именно они придают жизни вкус, но они же периодически его и портят. Глеб знал, что находится как раз в том критическом возрасте, когда бес испытывает повышенный интерес к мужским ребрам. Но никаких особых перемен в себе пока не ощущал.

Любовницы существовали всегда, сколько он себя помнил. Возможно, их было чересчур много, но Глеб очень гордился тем, что заводил себе следующую, только что расставшись с предыдущей, полагая это особой мужской доблестью.

Открыв сейф, он засунул открытку в большой конверт с пометкой «Личное». Но и этого показалось ему мало. Конверт он спрятал в пластиковую папку, а пластиковую, в свою очередь, уложил в картонную, среди других бумаг.