Не царское дело

В ту пору за мной ухаживало несколько блистательных кавалеров, и все они были от меня без ума. Но я выбрала Леню – его фамилия мне нравилась больше всех. Хоть и не дворянская.

– Ты хочешь сказать, что вышла за него исключительно из-за фамилии? – никак не могла поверить ее словам Настя.

– А что такого? – выгнула бровь Вера Алексеевна. – Возможно, это своеобразный комплекс, зато прямо по Сигизмунду Шломо.

– С ума сойти! – воскликнула Настя, до которой постепенно дошел весь драматизм Пчелкиных откровений.

– Какой-нибудь?! – всплеснула руками Вера Алексеевна. – Анастасия, у тебя же высшее гуманитарное образование! Как, по-твоему, зовут легендарного Фрейда?

– Зигмунд, – уверенно отрапортовала Настя.

– Но его настоящее имя – Сигизмунд Шломо. Между прочим, мы в свое время очень им увлекались – собирались по вечерам и читали его труды. Я тогда дружила с женой Луначарского… И еще там была одна актриса МХАТа – ужасно бездарная, но зато, насколько мне известно, любовница Яго?ды.

– Бабуль, ты – просто ходячая история, – засмеялась Настя. – Луначарский, Ягода… Но ты еще упоминала Маяковского, Есенина, Прокофьева.

– Не забудь также Пикассо, Дали и Пастернака, – подхватила Вера Алексеевна. – Можно было бы долго перечислять, а кое-кого ты и вовсе не знаешь.

– Фантастика! Аж дух захватывает, когда представляешь, что ты встречалась с такими знаменитостями! Всех их знала, разговаривала с ними, дружила.

– Дружила! – ухмыльнулась Пчелка. – Ходила с ними в рестораны, выпивала, флиртовала, выслушивала комплименты и признания, принимала подарки. Дорогая, во все времена мужчины поклонялись красивым женщинам. А все эти знаменитости для меня были просто мужчинами. Но я всегда помнила, что ввел меня в их блистательный мир Леня, мой муж. Он ведь был сыном Мирона Завадского, соратника и любимца Сталина, но в жены взял меня – Веру Редькину, девушку из обычной рабочей семьи.

«Вот такая у меня была замечательная прабабушка, – подумала Настя. – К ней даже издатели приезжали – умоляли написать воспоминания. А она только отмахивалась, ей все время было некогда».

Тут она вспомнила, что Пчелка много лет вела дневник. Настя своими глазами видела целую стопку толстых тетрадей, хранившихся в огромной картонной коробке.