Неискренне ваш

– Обозвала меня козлом и пихнула обеими руками, – обиженно ответил тот. – Чуть не повредила мне грудобрюшную диафрагму. Я целый час прямо дышать не мог. Еще неизвестно, у кого производственная травма.

В этот момент из-за перегородки раздался голос Сашиной коллеги Тани Ясеневой:

– Антипова хоть и маленькая, но сильная, как бульдозер. Она придумала эту чушь, чтобы на пару дней отвалить на дачу – пропалывать там грядки с топинамбуром.

Танина белокурая голова появилась из-за перегородки, сверкнули хитрые глаза.

– Это не важно, Таня, – ответила Саша стальным голосом. – Проблема есть, и ее нужно решить. Даю тебе, Винтовкин, один день. Или ты улаживаешь конфликт полюбовно, или получаешь строгий выговор.

– Общественный суд приговорит тебя к расстрелу за поврежденный мозг Антиповой, – весело подытожила Таня.

– Ясенева, убери голову, пока ее тоже кто-нибудь не травмировал, – прикрикнула Саша. – Соблюдай субординацию.

– Фу ты, ну ты, – проворчала Таня и исчезла.

Винтовкин достал из кармана платок и вытер вспотевший лоб.

– Александра Олеговна, да ведь Антипова меня сожрет с потрохами, стоит мне только появиться… Да мы с ней подеремся, вот и все.

– Я сказала «полюбовно», Винтовкин, – в Сашином голосе появились зловещие нотки.

Да уж, общение с младшим боссом точно не пошло ей на пользу. Она прямо на глазах становится монстром. Глядишь, ей скоро тоже дадут какое-нибудь прозвище.

В этот момент зазвонил мобильный телефон, она вскочила с места, схватила его обеими руками и с жадностью посмотрела на дисплей.

Звонила мама. Саша облегченно выдохнула и нажала на кнопку. И тут же из трубки до нее донеслись бурные всхлипы. Она даже испугаться не успела, когда на нее обрушился горестный вопль:

– Сашка, какой ужас, он мне звонил!!!

– Кто?! – перепуганная Саша едва не села мимо стула. На ее памяти мать рыдала так только один раз: когда их бросил отец. – Мам, кто тебе звонил?!

Перед ее мысленным взором промелькнула целая череда кошмарных образов.

– Твой папочка! – Слово «папочка» было облито ядом и прострелено иронией.

– Мой… кто?

– Видимо, его певичка соскучилась по дому, вот и притащила его в Москву.

– Она – арфистка, а не певичка, – пробормотала потрясенная Саша.

– Какая разница? Она – змея, а уж чего там делают змеи, выходя на сцену, никого не волнует.

– Мам, что он тебе сказал?

– Он сказал, что хочет повидаться, – истерически захохотала та. – Вообрази! С тобой тоже, имей в виду.