Страшнее тигра. Серия «Мир детектива»

– Вы знаете Коринну? – спросил Стрикленд, неловко отводя глаза в сторону.

– Конечно, знаю.

– Она француженка?

– Англичанка. Коринна ее псевдоним.

– Какое ваше мнение о ней?

Рэнсом ответил не сразу. Ему, очевидно, не особенно хотелось разговаривать на эту тему.

– Она подруга Ариадны, – сказал он, наконец, и, засунув роки в карманы, прошелся но комнате. Перед камином он остановился и добавил с неожиданной горячностью:

– Конечно, этой дружбе пора положить конец! Ариадне нечего делать в такой компании.

– Но ведь вы знаете, что Ариадна никогда не изменяет друзьям.

– Рано или поздно должна начать, – пожал плечами Рэнсом. – Я не могу допустить, чтобы моя жена якшалась с богемой.

Стрикленд медленно сложил письмо Торна и сунул в ящик стола. Нет, надо молчать! Рэнсом использует всю историю, преждевременно и неосторожно, чтобы добиться своих целей. Ариадна, конечно, с возмущением заступится за Коринну и удвоит внимание к ней. Здесь требовалась выдержка и дипломатический подход к делу, на которые вряд ли был способен этот решительный и энергичный молодой человек.

– Вы сами можете составить свое мнение о Коринне, полковник Стрикленд, так как познакомитесь с ней на днях, – заявил Рэнсом.

– Вы думаете! – удивленно воскликнул Стрикленд.

Молодой человек улыбнулся.

– Вы достаточно хорошо знакомы с Ариадной, чтобы знать ее привычку принимать решения за других. Во вторник, после завершения этого скучного обеда, мы все едем в «Синюю Луну».

В этом веселом ночном кабаре выступает Коринна.

Стрикленд вскочил на ноги с поспешностью, удивившей его собеседника.

– Вот как! Я буду ей представлен?

– Разумеется. Впрочем, на нашем месте я не питал бы больших надежд.

– Я и не питаю. Но даже самая избалованная женщина может найти несколько ласковых слов для допотопного старика, вроде меня.

Рэнсому было чуждо чувство юмора.

– Вы не так меня поняли, – снисходительно объяснил он, не поняв шутки.

– Я хотел сказать, что Коринна уже занята.

У нее есть испанец, Леон Батчилена. Вы увидите его на банкете. Если верить его друзьям, это выдающийся музыкант. Уверяют, что, будь он профессиональным пианистом, сам Падеревский не мог бы тягаться с ним. Что касается меня, – прибавил Рэнсом, повысив голос и вдруг покраснев, я считаю его отъявленным мерзавцем и негодяем. Если бы не дамское покровительство, его не терпели бы в приличном обществе. Но он нравится женщинам.