Рукопашная с Мендельсоном

– Так или иначе, но вся группа в сборе, – подвела итог Лайма, получившая большое удовольствие от рассказа. – Я свободна, в смысле – не замужем. Иван на свободе, в смысле – не в тюрьме. Евгений с нами, то есть – не в Сети. И теперь хотелось бы понять, ради чего было устроено столь грандиозное представление. Неужели это действительно настолько важно?

– Очень важно! – вдруг раздался хорошо поставленный и очень знакомый голос. Все трое одновременно обернулись и увидели направляющегося к ним Игоря Тагирова.

Реакция Лаймы на его появление была мгновенной и весьма негативной.

Развернувшись к Тагирову всем телом, она уже открыла было рот, собираясь, наплевав на субординацию, высказать ему все, что накопилось в душе за последние несколько феерических часов. Однако находчивый Тагиров, готовый к подобной встрече, сумел опередить ее.

– Лайма, ради бога, прости. И вы, ребята, тоже. – Он поднял руку в успокаивающем жесте. – Времени – в обрез. Сейчас я объясню ситуацию, и вы сами поймете, что в данных обстоятельствах нельзя было действовать иначе.

В принципе Евгений кое-что знает, ему Максим Максимович рассказал.

– Только в общих чертах, – уточнил Корнеев.

– Значит, цель оправдывает средства? – все-таки не удержалась Лайма и съязвила: – Нам придется охранять артистов китайского цирка от вооруженного нападения тибетских повстанцев?

– Китайский цирк действительно приехал на гастроли, – удивился Тагиров. – У вас есть какие-то подозрения?

– Господи, да нет. Просто я вчера афиши видела, – махнула рукой Лайма и закатила глаза: эти люди все воспринимают всерьез!

– Я считаю, что кроме вас послать на это задание некого.

Все трое невольно подобрались, а простодушный Медведь спросил:

– А что за срочность-то?

– Вот сейчас все и узнаете, – повел бровью Тагиров. – Прошу следовать за мной.

И он сделал широкий приглашающий жест куда-то в глубь комнаты.

Смирившиеся с неизбежным, члены группы «У» покорно двинулась за ним. Пройдя через высокую дверь, задрапированную тканью густого бордового цвета, они оказались в другом помещении.

Это был небольшой кинозал с экраном во всю стену и несколькими рядами изрядно потертых кресел.

– Рассаживайтесь, где удобно, – пригласил Тагиров.

Лайма, Корнеев и Медведь, не сговариваясь, уселись в первом ряду и молча уставились на своего босса, который остался стоять.

Увидев, что публика готова и ждет с нетерпением, тот стал расхаживать перед ними неторопливым шагом оксфордского профессора.