Сабина изгоняет демонов

– Кто – она? – оторопело спросила Тамара.

– Виктор!

Сабине страшно не хотелось вдаваться в подробности и объяснять, что Виктор – это собака женского пола. Она решила, что все растолкует Тамаре потом, позже. И лучше при встрече. Сейчас ей нужно поскорее закончить беседу и заняться делом. Призраки наверняка уже вовсю разгуливают по складу.

– Мне кажется, тебе стоит обратиться к врачу, – заявила Тамара. – Запишись к психоаналитику. В таких случаях надо обязательно выговориться.

– У меня нет денег на психоаналитика.

Лучше уж я выговорюсь в пустую кастрюлю. Или в большой алюминиевый бак. Говорят, помогает ничуть не хуже. Жалуешься на жизнь – и словно слышишь себя со стороны. И сразу понимаешь, что твои проблемы мелкие и глупые.

Кое-как отвязавшись от Тамары, Сабина поспешила обратно в приемную. Как она и ожидала, собака живо среагировала на курицу. Продолжая подвывать, она вытянула морду и зашевелила ноздрями, словно собиралась втянуть угощение в себя. Однако когда Сабина попятилась к двери, тряся лакомством, собака сначала озадаченно замолчала, потом спрыгнула с дивана.

Она уже пошла было за Сабиной, но вдруг сделала резкий выпад и, лязгнув зубами, вырвала добычу у нее из рук.

– Ах ты, хитрая бестия! – воскликнула Сабина. – Надо же, взяла и проглотила, как крокодил канарейку! – Она обескураженно вытерла пальцы салфеткой. – Скажи спасибо, что я еще дома из этой курицы косточки вытащила.

Слопав курицу, собака запрыгнула обратно на диван, облизнулась, задрала морду к потолку и завыла снова.

Вдохновения после перекуса у нее явно прибавилось.

– Почему ты все-таки воешь? – Сабина задумчиво посмотрела на Виктора. – Может быть, призраки все же просачиваются в приемную? И откуда всем тут известно, что не просачиваются? Ведь видеокамер в приемной нет? Нет, – сама себе ответила она. – Возможно, призраки сейчас носятся по комнате и делают кувырки через голову, а я об этом даже не догадываюсь!

Дома у Сабины имелась любительская видеокамера, и она решила привезти ее завтра на работу, закрепить повыше и включить запись незадолго до семи часов.

– Вот что хотите обо мне думайте, – сказала она вслух, – но что-то мне сегодня явно не по себе. И почему-то страшно хочется выйти на свежий воздух. Не понимаю я тебя, – обратилась она к собаке. – Никто тебя за хвост не держит, однако же ты воешь, как заводная, но не уходишь. Запросто могла бы сделать лапы.

Виктор не обращала на ее слова никакого внимания.