Ураган по имени Глаша, или Рецепт дорогого удовольствия

У него были широкие скулы, твердый подбородок и смелые зеленые глаза под сбитой набок челкой. Наверное, девицы избаловали его вниманием, оттого он и держал себя свободно с незнакомой женщиной.

– Простите, как вас зовут? – улыбнулась ему Глаша, решив не тратить силы на остальных.

– Виктор Стрельников, – охотно сообщил тот.

– Вы наверняка уже студент, – польстила ему Глаша.

– Да, перешел на второй курс. А что?

Витя Стрельников поднялся на ноги, оказавшись на голову выше Глаши.

– Значит, память у вас хорошая.

– Вы что, из милиции? – испуганно спросил кто-то из оставшейся на одеяле тройки нервным голосом.

– Да вы что? Какая милиция? – рассмеялась Глаша. – Я референт в медицинском центре.

– Я знаю, – сказал Витя. – Я слышал, как вы говорили это тому типу, который рядом с нами пасьянсы раскладывал.

Глаша страшно взволновалась, но постаралась сдержать ликование.

– Из-за него я сюда и пришла, – с милой улыбкой сообщила она. – Знаете, что он придумал?

– Что? – заинтересовались студенты.

Теперь уже они все приняли вертикальное положение и стояли перед ней, не зная, какую принять позу. Глаша была в летнем костюме, а они почти голышом, это их смущало и даже немножко злило.

– Он сказал, будто бы я представилась ему врачом, предложила сделать бесплатный массаж и выдавила пару позвонков. Теперь он собирается получить инвалидность, а меня засадить в тюрьму.

– Да вы что, серьезно? – спросил Витя Стрельников, расширив глаза. – После того как вы ушли, он два раза купался, а потом играл в волейбол с телками.

– Я тоже видел, – неохотно признался веснушчатый.

– Ой, ребята! – Глаша прижала руки к груди. – Вы меня так выручите, если сможете все это подтвердить! Возможно, конечно, удастся поставить этого гада на место другими способами… Но мне бы хотелось подстраховаться. Я могу как-то с вами связаться? Обещаю, что сделаю это только в крайнем случае.

– Я дам вам свой телефон, – предложил Витя Стрельников, без всякого стеснения улыбаясь Глаше.

Улыбка у него была простой и приятной. – А вы мне свой, хорошо?

– Конечно! Вот домашний, а вот рабочий. На работе я обычно до семи.

Глаша так обрадовалась, обнаружив свидетелей, что готова была расцеловать каждого студента в отдельности. Может, заплатить им? Студентам всегда живется плохо. Молодость пожирает не только здравый смысл, но и деньги в невероятных количествах. Впрочем, говорить сейчас о деньгах было уже как-то неудобно.